В правление Домициана восстание Антония Сатурнина позволило германскому флоту продемонстрировать свою лояльность и заслужить в ответ титул
Флот играл вспомогательную роль в сохранении мира со времени правления Октавиана Августа. Непосредственные функции провинциальных флотов вдоль северных границ уже отображены и не нуждаются в повторении. Более необходимо подчеркнуть то, что средиземноморские флоты тоже использовались в военных операциях, особенно в переброске живой силы и передаче приказов. Фактически морские базы в Равенне и Форуме Юлия были выбраны именно с этой целью. Такое средство передвижения было быстрым, корабли легко реквизировались. С другой стороны, тесные помещения не давали на судах комфорта, не могли и галеры брать на борт большое количество живой силы.[586] Длительные морские переходы, такие как путь от Путеол до Александрии или Сирии, конечно, имели промежуточные стоянки. Даже проход от Сицилийского (Мессинского) пролива до Александрии, на который требовалось минимум десять дней, должно быть, изматывал как экипаж, так и пассажиров. Тацит приводит горькие жалобы некоторых германских воинов вспомогательных войск, посланных Нероном в Египет и отозванных Гальбой, «longa navigatione aegros» («заболевших в длительном морском путешествии»).[587]
Нет необходимости перечислять здесь все малозначащие передвижения войск, связанные с пересечением моря, ибо в целом указаний на способ передвижения нет. Поскольку в Средиземноморье осуществлялась широкая торговля и имелось большое количество крупных торговых судов, которые могли быть реквизированы, часть средиземноморских флотов осуществляла транспортные услуги в гораздо меньшей степени, чем флоты на северных морях и реках. Но использование военных кораблей, особенно для перевозки императоров и преторианцев между Западом и Востоком в восточных водах, подтверждается во II и III столетиях в нескольких случаях. Эта часть флота, действовавшая в указанный двухсотлетний период, заслуживает в самом деле пристального рассмотрения. Морские операции в Средиземноморье в этот период в значительной степени иллюстрируют функции флота, но они были полностью обойдены вниманием.
Большие войны Траяна показывают яркие примеры транспортировки войск морем. В начале второй войны с даками в 105 году Траян совершил ночью быстрый морской переход из Анконы в Далмацию в сопровождении преторианцев.[588] В самом начале Парфянской войны Траян отбыл морем с большими силами через Афины в Селевкию.[589] В последней поездке, которая имела место в начале зимы 113/114 года, моряки квадриремы
В это время некоторые восточные морские порты начали подчеркивать свое приморское положение. Монеты из Сидона (Финикия) и Дура-Европос (город на Евфрате) носят надпись ναυαρχίς, «хозяйка флотов» при Траяне, а надписи из Лаодикеи (Латакия) и Триполиса (Триполи) значат то же самое во время правления Адриана.[591] Простое слово недостаточно убедительно при отсутствии доказательства, но, будь это дар Траяна или старое понятие, его появление на данном этапе заставляет предположить, что данные города взяли на себя часть бремени транспортировки во время Парфянской войны. Это не доказывает, что военных эскадр стало недостаточно, ибо снабжение большой армии не входило в их функции. Оказывается, однако, что во время войны империя начинала испытывать некоторые трудности в обеспечении снабжения.
Во время кампании Траяна значительная часть Мизенского флота оставалась на Востоке до конца 166 года и содействовала подавлению восстаний иудеев, которые измучили Траяна в последние годы его правления. Когда евреи подняли мятеж в Киренаике, Египте и Сирии в 115–117 годах, Траян назначил Квинта Марция Турбона префектом Мизенского флота, возможно, облек его особыми полномочиями и послал подавлять евреев, командуя военно-морскими силами. Эта экспедиция быстро подавила восстания в Египте и Киренаике, а также, возможно, на Кипре.[592]
