«Хорошо, — кивнул Седой, не отрываясь от окна, за которым раскинулась панорама НИИ «Квант». — Значит, этот этаж — наш дом на ближайшие… несколько дней, если повезет. Назовем его НП «Сова». Потому что сидеть нам тут придется тихо, как совы, и смотреть во все глаза, особенно по ночам.»
Первым делом они занялись обустройством своего наблюдательного пункта. Квартира, которую они выбрали, была трехкомнатной, с выходом на небольшой балкон, точнее, на то, что от него осталось — бетонная плита с обвалившимися перилами. Главное преимущество — окна выходили прямо на северную и восточную стороны «Кванта». Седой выбрал для наблюдения самое дальнее от входа окно, в угловой комнате. Оно было частично завалено обломками мебели и каким-то тряпьем, что создавало естественную маскировку. Они лишь немного расчистили узкую щель для обзора, стараясь не менять внешний вид окна со стороны улицы.
«Рыжий, твоя задача — обеспечить безопасность нашего «гнезда», — распорядился Седой. — Проверь еще раз все подходы к этой квартире. Двери в соседние комнаты, если они есть, забаррикадируй чем-нибудь. На лестничной площадке перед входом в наш коридор насыпь битого стекла или консервных банок — любой шорох должен нас предупредить. И никаких костров или яркого света, особенно ночью. Передвигаемся только пригнувшись, от окна к окну не бегаем. Понял?»
Рыжий серьезно кивнул и принялся за дело. Он был рад любой возможности отвлечься от созерцания грозной базы Анклава и заняться чем-то конкретным. Он натаскал из соседних комнат обломки мебели, старые матрасы, какой-то строительный мусор и соорудил подобие баррикад у входов в их импровизированное убежище. На лестнице он аккуратно разложил осколки стекла и несколько пустых консервных банок, найденных в кухонном шкафу. Получилось довольно надежно — незамеченным сюда теперь было не пробраться.
Тем временем Седой готовил позицию для наблюдения. Он расчистил небольшой пятачок у окна, постелил на пол кусок старого брезента, чтобы не лежать на холодном бетоне. Разложил бинокль, свой «Луч-2077», блокнот и карандаш. Достал флягу с водой и пару грибных сухарей — их скудный паек на ближайшие часы.
«Наблюдать будем по очереди, — сказал он, когда Рыжий закончил с «фортификацией». — Четыре часа я, четыре часа ты. Пока один наблюдает, второй отдыхает или занимается своими делами — чистит оружие, проверяет снаряжение. Но всегда — вполслуха и вполглаза. Понял?»
«Понял, дядь Серёг.»
«Что видим — все записываем или зарисовываем, — Седой постучал карандашом по блокноту. — Маршруты патрулей, время смены караула, количество бойцов, их вооружение, техника, которая въезжает и выезжает. Любая мелочь может оказаться важной. Особое внимание — на северную стену, ту, что ближе к нам. Ищи слабые места, неохраняемые участки, возможные лазы — вентиляционные решетки, кабельные каналы, что угодно.»
Началась долгая, кропотливая и изнурительная работа. Первым на вахту заступил Седой. Прильнув к биноклю, он часами, не отрываясь, изучал территорию «Кванта». База была хорошо укреплена. Высокий бетонный забор с несколькими рядами колючей проволоки поверху. Через каждые сто метров — сторожевые вышки с пулеметными гнездами и прожекторами. Между вышками — камеры видеонаблюдения, медленно вращающиеся на своих кронштейнах. Вдоль периметра регулярно, каждые полчаса, проходил парный патруль — два бойца в тяжелой силовой броне, напоминавшей ту, что носили солдаты Анклава на архивных довоенных фотографиях, но с некоторыми отличиями — более угловатые формы, темно-зеленая окраска с красными звездами. Вооружены они были энергетическими винтовками, которые при выстреле (Седой видел, как один из патрульных для острастки пальнул по вороне-мутанту, севшей на забор) издавали характерный гул и оставляли на цели оплавленные следы.
Главный КПП на восточной стороне был настоящей крепостью — массивные стальные ворота, бетонные доты, шлагбаумы. Через него постоянно сновали грузовики, броневики и какие-то странные, приземистые машины на гусеничном ходу, назначения которых Седой не мог определить. Иногда на специально оборудованную площадку в центре базы садился или взлетал уже знакомый им винтокрыл.
НИИ «Квант» жил своей, отдельной от остального мертвого города, жизнью — напряженной, милитаризованной, полной скрытой энергии и угрозы.
Седой методично заносил все свои наблюдения в блокнот: схемы передвижения патрулей, примерное время смены караулов, типы техники, расположение камер. Он пытался найти хоть какую-то закономерность, хоть какую-то брешь в этой, казалось бы, идеальной системе обороны.
Когда его сменил Рыжий, Седой наскоро перекусил и завалился спать прямо на бетонный пол, подложив под голову рюкзак. Но сон не шел. Картины вражеской базы стояли у него перед глазами. Он снова и снова прокручивал в голове возможные варианты проникновения, но каждый из них казался еще более безумным, чем предыдущий.