- Согласись, было бы хуже, напейся ты на каком-нибудь официальном приеме.
Обда только сморщила нос, решительно вывернулась из Тенькиных объятий и принялась одеваться. Юноша сладко зевнул, понаблюдал, как Клима ловко шнурует платье, и потянулся за штанами.
Из комнаты выходили порознь: сперва Тенька со скомканной простыней подмышкой, затем Клима, сразу шмыгнувшая к себе. Колдун же на чердак подниматься не стал. Ему хотелось есть, да и добавлять к засилью лабораторного хлама грязную простыню было как-то некрасиво. Лучше и правда избавиться от компромата на будущую властительницу Принамкского края. Сжечь на заднем дворе. Не стирать же, в самом деле! Тенька понятия не имел, как такое отстирывается.
На кухне обнаружился Гера. “Правая рука” сидел за столом и неторопливо жевал вчерашний пирожок. Напротив исходил паром чайник, знакомо пахнущий капищенской ромашкой. Увидев Теньку, Гера отложил пирожок и поднялся. Взгляд его был решительным и предвещал некий серьезный разговор. Колдун попытался скомкать простыню еще сильнее и пронести незаметно, но не тут-то было.
- Что у тебя за спиной? – строго спросил Гера.
- Ничего, – буркнул Тенька и попытался пройти к двери, но друг перегородил ему путь.
- Конечно, это не мое дело, – Гера выглядел колеблющимся, но все равно выпалил: – Я знаю, что было этой ночью. И должен сказать, что если в тебе есть хоть капелька чести, ты женишься.
Тенька вспомнил, как скрипела на лестнице половица, и пожалел, что не пошел проверить. Может, сейчас бы краснеть не пришлось.
- Это действительно не твое дело, – он попытался прошмыгнуть под Гериным локтем, но не вышло.
- Когда я пришел в трактир, – Гера говорил негромко, но смотрел на Теньку так, словно брал уроки у Климы, – то застал там одного Зарина, пьющего уже вторую кружку. Ты ведь знаешь, что он с детства влюблен в Климу, не можешь не знать с твоим даром чтения по глазам. Думаешь, Зарин не понял, куда и зачем вы пошли? Это свинство, Тенька, последняя крокозябра так не поступит с товарищем.
- Ты верно сказал про мой дар, – с досады Тенька скомкал простыню так туго, что при желании ее можно было запустить из пращи, как камень. – И поэтому кроме чувств Зарина я видел, что Климе все равно, с кем уходить. Она даже на бородатого строителя у стойки поглядывала.
- Но это не похоже на Климу!
- Пара глотков медовухи. Ты мог предположить такой интересненький эффект? Я – нет, первый раз вижу. И точно так же я не могу предположить, что сделалось бы с Зарином, услышь он от любимой девушки те слова, которые Клима выдала мне сегодня утром.
- Ах, ты герой, значит, – саркастично проговорил Гера. – И очень героически держишь за спиной простыню, будто я не догадываюсь, что там может быть.
- Это ты у нас герой. А я переоценил свою выдержку. Клима у нас, на минуточку, обда, и если ей чего-то от кого-то надо, она это получает. Неважно, сколько перед этим выпила.
- А ты и рад! Думаешь, я не помню, как ты целовался с Вылей, потом обжимался по углам с той девицей в Редиме и в Локите пропадал на несколько ночей.
- Да, меня любят девушки, – фыркнул Тенька. – А тебя заело, что я письменно не отчитался о своих похождениях?
- Ты мой друг и соратник, – сквозь зубы проговорил Гера, – но сейчас я едва удерживаюсь от того, чтобы тебе врезать. По-настоящему.
- Боишься нарваться на сдачу? – Тенька на всякий случай переложил простыню в одну руку, освобождая другую для колдовства. Он видел по глазам, что Гера не врет.
- Это ты нарываешься. Ты вечно нарываешься на неприятности, то со своими экспериментами, то с девицами, то с беззаконными авантюрами на пару с Климой.
- А ты морали мне будешь читать? Сам подслушивал под дверью!
- Я не подслушивал, – Герино лицо закаменело. – Зарин хотел идти сюда сам, но я уговорил его подождать в трактире. Я и тогда почти не надеялся, что у тебя хватит благородства...
- Да уж, куда мне, беззаконному веду! – огрызнулся Тенька.
Гера сжал кулаки.
- Когда я все понял, то вернулся обратно, и сказал Зарину, что Клима отправилась спать, а ты пошел на чердак экспериментировать. Я не знаю, поверил ли он, но больше идти домой не порывался. Сейчас я велел ему обойти стройку, а потом сходить проведать Лернэ. Мне противно от того, что я солгал, но, пожалуй, Клима права: иногда ложь бывает милосерднее правды.
- И теперь ты хочешь, чтобы я женился на Климе, а Зарин сошел с ума от ревности?
- А вот это уже будет лучше для Климы. Ты можешь представить, что с ней сейчас творится? Она же девушка, они иначе это переживают!
- Не знаю, как другие девушки, – хохотнул Тенька, – а я уверен, что сейчас с Климой не творится ничего такого, что ты себе вообразил. Пару раз прокляла свою хмельную голову, зареклась пить, и теперь разбирает какие-нибудь важные бумаги, пересчитывает бюджет или просто спит. А еще Клима обда. И не нам решать, когда и за кого ей выходить замуж.
- Это просто отговорки! – Герин кулак саданул по столу. – Ты как драный сельский кот: хитрый, лживый и трусливый, который нашкодил и смылся, хоть весь мир за ним гори!
И Тенька врезал ему первым.
