– Да как это не убыло? – притворно удивилась я. – Я же тебе не проглот… – и сама усмехнулась: ещё какой проглот!
Костя хлебал ложкой бульон из тарелки и попутно читал какие-то документы в папке. Ну и славно, что не стал приставать ко мне с расспросами. Шоколадку-то всё равно уже не вернёшь. Тю-тю она. В животе у меня зажигает.
К вечеру у меня как-то странно потяжелели веки, захотелось спать. Оно и немудрено. Столько испытаний за день: сначала целый лимон, потом двухсотграммовая шоколадка. Вот организм и запросился на покой.
Обычно я в это время, когда не было тренировок и волонтёрства в доме малютки, залипала у телевизора, но сегодня по ящику шли какие-то тошнотворные передачи. Прям как моё самочувствие.
И я легла спать.
***
Наутро глаза мои открылись по-китайски. То есть процентов на тридцать от обычного. Мне даже почудились витающие в воздухе горящие иероглифы, где говорится, что Наташа – жадина-говядина, да к тому же ещё и обманщица.
В зеркале в ванной на меня смотрел красный монстр. Лицо заплыло, всю кожу усыпало мелкими воспалениями. Помимо красной физиономии, нещадно чесался затылок и икры. Ужасно… Предательская шоколадка! Коварный лимон!
Я прошмыгнула обратно к себе в комнату и с головой укрылась одеялом. Мир не должен увидеть меня такой.
Увы, явился бдительный Костя – узнать, почему я не собираюсь в школу.
– Кость, я сегодня не пойду в школу. Я словно в борще искупалась… – и я стыдливо выглянула из-под одеяла.
– Что ты такое и куда делась Наташа? – изображая дикий ужас, воскликнул мой попечитель.
– Не смешно! – снова закрылась я.
– Давай, рассказывай, что с тобой приключилось? Я ещё вчера заметил, что ты какая-то не такая.
И я, высунув из-под одеяла распухший и красный, как у Деда Мороза (и снова привет!), нос и заплывшие глаза, выложила историю с шоколадкой.
– Ребёнок, – вздохнул Костя.
– Ничего я не ребёнок! – возразила я.
– Только ребёнку могла прийти в голову мысль втихаря съесть огромную шоколадину вместо обеда, – парировал он.
Моя нога коварно высунулась из-под одеяла и лягнула Костю по ноге в отместку за нравоучения. Так ему, умнику.
Он ловко схватил мою щиколотку и потянул на себя.
– Ай! – завопила я.
– Вставай, сладкоежка. Повезём тебя к врачу.
– Не-е-ет! Отстань от меня! Я лучше дома! А-а-а!
Вопли не помогли. Теперь буду знать, что Костя – безжалостный разрушитель чужого чувства собственного достоинства.
Нет бы оставил меня в покое и топал себе на работу… Так он зачем-то поволок меня к другому такому лишённому сочувствия коз… Кхм, мужику.
В поликлинике на моё красно лукошко пялились все от мала до велика. А я сгорала от стыда и представляла, как меня похищают люди в чёрном и продают в цирк уродцев.
Что в это время делал Костя? Сидел с довольным видом, душегубец такой, уверенный, что всеобщее порицание научит меня уму-разуму. Ну я ему ещё покажу! Отыграюсь однажды, что сам он будет ходить красный, как рак.
Аллерголог выписал мне мазь и капли и рекомендовал пару дней пересидеть дома, чтобы не пугать людей.
Спасибо, блин. Они с Костей сговорились, что ли? Не видят разве, что я и так страдаю? Сами бы попробовали повторить мой подвиг.
– Эх, придётся оставить тебя без конфет… – притворно тяжко вздохнул Костя, когда мы возвращались домой из поликлиники.
– А не боишься, что я загрызу тебя со злости? – огрызнулась я. Ишь, добить меня решил! Изверг, как и его мама.
– Ты определённо очень агрессивный хомячок, но я как-нибудь переживу. В крайнем случае спрячусь на работе.
– Никакой я не хомячок! – надулась я.
– Тогда суслик-сладкоежка, – предложил он новый вариант.
– Да ну тебя!
Как бы тяжело ни было это признавать, но из случая с лимоном и шоколадкой я вынесла несколько уроков. Первый: не все конкурсы и призы одинаково хороши. Второй: вкусняшки коварны, и надо знать меру. Третий: надо было поделиться с Костей, он бы всё равно много не съел. Ведь если я планирую завоевать его, мне придётся разделить с ним всю свою жизнь, а это много; и пора бы начать с малого.
***
Как только я снова стала похожа на себя, в ход пошли новые приёмы по влюблению в меня Кости. Ибо бабы не дремлют, а моё восемнадцатилетие потихоньку приближается.
Раз с сексуальным эротическим бельём у меня не прокатило, я решила воспользоваться подручными средствами, чтобы превратиться в прекрасную фею. Красота – страшная сила, а уж вкупе с моей изобретательностью и харизмой – это беспроигрышный вариант.
Какой там у меня девиз? Правильно. Наташа нигде не пропадёт!
***
Среди девочек модно лепить на лицо всякие наклеечки. Мне уже давно не десять лет, я такой ерундой не страдаю. По телевизору я видела у звёзд разноцветный яркий раскрас, они ещё называют его на английский манер «мейкап». Вот я тоже такой мейкап себе сделаю – закачаешься!
Конечно, дорогой косметики у меня нет. Только гигиеническая помадка «Морозко». Но зато есть цветные гелевые ручки, яркие такие, будто горящие. Нарисую мейкап ими. Будут у меня радужные веснушки. Они выгодно подчеркнут мои голубые глаза и овал лица. Костя увидит и наконец-то по-другому посмотрит на меня.
