– Спасибо, Делия. Я верну его, – добавила тихо.
– Он будет очень зол, милая, – вздохнув, предупредила она.
– Гораздо важнее, чтобы он был жив.
Делия согласно прикрыла веки.
Тут я спохватилась.
– В какую сторону мне ехать? – спросила я, и уши загорелись от стыда. Поддавшись порыву, я даже не подумала о направлении!
– На северо-запад. Если будете скакать достаточно быстро, успеете добраться до Хири менее чем за два дня. Ты сразу поймешь, когда ступишь на их земли, – леса там темные, повсюду сосны и болота. Но найти их деревню тебе придется самостоятельно, мы никогда там не бывали. – Она робко подошла ко мне, сторонясь Мятежа, погладила по ноге и со слабой, встревоженной улыбкой попросила: – Береги себя.
Я кивнула.
Делия еще немного поколебалась, но отодвинулась в сторону.
Я послала ей последний благодарный взгляд, прищелкнула языком, и вороной жеребец сорвался с места.
Припав грудью к его шее, я крепко сжимала в руках повод и прикрывала глаза, чтобы защититься от бьющей по лицу гривы.
Как только мы вырвались из конюшни, в деревне поднялся гул. Я слышала приказы остановиться, но лишь чаще подстегивала коня. Капюшон мгновенно сдуло ветром, выпуская на волю спутанные волосы, а полы плаща с громким шелестом взлетели в воздух. Вероятно, со стороны это выглядело так, будто у коня отросли крылья.
Сердце отчаянно колотилось в груди, в голову лезло бесчисленное множество мыслей, но я отмахивалась от них, сосредоточившись на цели беспрепятственно выбраться из долины. Перед глазами мелькнул крутой подъем, и уже в следующее мгновение деревня стремительно осталась позади.
Жеребец мощными толчками несся между деревьями. Я подозревала, что это была его первая скачка по лесу, и ему точно снесло голову. Он с явным удовольствием перебирал ногами и восторженно взвизгивал, опасно разгоняясь.
В какой-то момент я поняла, что он не слышит моих команд, и запаниковала. Но Мятеж скакал в правильном направлении, и я лишь плотнее обхватила ногами его круп и отдалась на волю скорости.
Мы не останавливались, пока последние отблески заката не поглотила тьма. Оба прерывисто дышали, но я не хотела делать привал, упрямо подгоняя лошадь вперед. Только когда Мятеж несколько раз споткнулся, не разглядев в темноте ямы, я все-таки перевела его на шаг.
Где-то поблизости едва слышно шумел ручей, и мы с облегчением двинулись на звук, потому что оба хотели пить, а моя фляга была пуста. Деревья вокруг небольшого водоема росли достаточно редко – лучшего места для ночлега нельзя было и пожелать.
Дождавшись, когда конь напьется, я надежно привязала его к дереву. Несмотря на ночную прохладу, я не стала разводить костер, опасаясь, что нас обнаружат, если вдруг Аян отправил кого-то на поиски, и теперь, не в силах усидеть на месте, расхаживала по поляне и снова и снова прокручивала в голове слова Сахаар.
В голову закралась мысль, что старуха просто своеобразно подшутила надо мной. Мне не доводилось встречаться с провидицами, и я понятия не имела, как работал их дар и насколько правдивы могли быть слова. Однако в глубине моей души впервые за долгое время улыбалась маленькая девочка, смирившаяся со своим одиночеством, но втайне мечтавшая снова обрести кого-то, кому смогла бы довериться. Я не забыла, как смотрел на меня Ник в последнюю нашу встречу. То незнакомое мне выражение нашло отклик где-то внутри.
Я не знала, ошиблась ли Сахаар, но ее слова воспламенили во мне надежду, огонь которой потушить будет непросто. Но вместе с этим они создали смертельное оружие. Мне было страшно. Ведь если найдется что-то, способное превратить пламя в тусклые искры, оно уничтожит и меня.
На этот раз без остатка.
– Давно тебя не выводили на прогулку, да, малыш? – с улыбкой спросила я, подойдя к коню. Навострив уши, Мятеж с интересом вглядывался в чащу. – Нам нужны силы, чтобы вызволить Ника. Давай-ка спать.
Наконец, я растянулась на голой земле, по которой успела соскучиться, и укрылась плащом. Хотя еще долго не могла заснуть. Сияние звезд мягко проникало сквозь ветви деревьев. Я с тревогой думала о завтрашнем дне.
Под ухом что-то нескончаемо и ужасно раздражающе шуршало. Небо только-только начало светлеть. Я приоткрыла один глаз и с изумлением уставилась в черные бусины, в ужасе расширившиеся от моего движения. Маленькая рыжая белка взмахнула хвостом и отбежала от мешка с припасами.
Разминая ноющее плечо, рана на котором с недавнего времени начала затягиваться, я зевнула и огляделась. Тихо журчал ручей, протяжно пели проснувшиеся птицы, едва слышно шумела листва над головой. Мятеж стоял в нескольких метрах от меня и в нетерпении рыл землю копытом.
Я спешно проглотила несколько тонких ломтиков хлеба, которые нашла в мешке, и поделилась яблоком с белкой, все еще с любопытством ошивающейся поблизости. Второе яблоко с радостным ржанием принял Мятеж.
