– У нас попроще, – сказал Патологоанатом. – Орешь мантры – типа колдуешь, вера тратится. Бормочешь молитвы – вера регенится. А вот с развитием – задница. Чтобы апнуться, надо натворить угодных твоему богу деяний, но это фигня, главное – принять на себя обеты. Говорят, там поначалу еще терпимые ограничения, а потом жесть просто.
– У нас вообще непонятно, как прокачиваться, – фыркнул Захар.
– Миш, посвети мне, – попросила Дагомея, отошедшая посмотреть, кого там жрали крысы. – Труп какой-то странный.
Очень наблюдательная девочка, уже второй раз за сегодня отметил я, заканчивая с последней тушкой. Пойду посмотрю, что там не так.
Внезапно труп открыл веки, явив белесые бельма глаз, и вцепился Ленке в ногу. Ух, как она завизжала! Стекла бить можно! Пока я преодолевал несколько разделявших нас метров, зомби повалил Дагомею и, хрипя, шустро пополз вверх прямо по ней. Я с разбегу вонзил острие алебарды ему в бок, намереваясь сбросить с девушки, но только пробил насквозь корпус. Бросив древко, наступил зомби коленом на спину и, схватившись за подбородок, потянул голову на себя, не давая ему покусать Лену. Треснули шейные позвонки, затылок трупа коснулся лопаток, но его это ничуть не смутило. Башка продолжала щелкать челюстями и издавать бессмысленные звуки.
– Его надо изрубить на куски! – крикнул Захар.
Подскочившие коты шустро лишили зомби конечностей и побросали их в жижу. Я отбросил беспомощный обрубок в сторону и поднял Лену. Перепуганная, испачканная в грязи, дерьме и слизи, девчонка ничем не напоминала ту королеву, что вошла в подземелье пятнадцать минут назад. Зарыдав взахлеб, она бросилась мне на грудь, перемазав мою броню и одежду. Переживу, не отталкивать же. Я гладил ее грязные светлые косы, а остальные просто стояли. Так прошло минуты две, но успокаиваться Ленка никак не желала.
Мудрый Цицерон оторвал у Растеслава полосу от рубахи, протянул ей и сказал волшебные слова:
– На, утрись, а то выглядишь не очень.
Рыдания превратились в сдерживаемые всхлипы, Лена отлепилась от меня и принялась вытираться тряпкой. Тщетно, на мой взгляд.
– Я, наверное, выйду из игры, – опустив голову, наконец сказала она.
Ага. И не зайду потом.
– Оставишь нас без единственного лучника? – спросил я.
– Толку от меня… – шмыгнув носом, пробурчала Лена.
Еще немного поуговариваю, если не захочет – пофиг, пусть выходит.
– От тебя очень много толку, – ничуть не покривив душой, сказал я. – Ты сумела найти тайный ход разбойников и опознала зомби. Ты нужна нам здесь.
– Представь, что было бы, оживи он в середине строя, – добавил Цицерон.
Не знаю, что представила себе Дагомея, но я ясно увидел, как едва рыпнувшегося зомби в долю секунды с матюками рубят на фарш.
– Хорошо, пойдем, – кивнула она. – Спасибо, что спасли.
– Тогда строимся, – улыбнулся я девушке.
На следующем перекрестке мы приблизились к краю области, обозначенной, как вероятное местонахождение логова чудища. Здесь пришлось переходить по мостику. Узкий и скользкий, без перил, он отлично подходил для скидывания с него переходящих, но для спокойного перемещения на противоположную сторону годился плохо. По одному, держась за протянутые с обеих сторон древки моей алебарды и копья Растеслава, мы переправились и отправились вглубь круга, обозначенного на листе задания.
Прыгнувшую из-за очередной кучи гнилья одиночную крысу Пузеслав, не останавливаясь, выкинул в жижу. Там снова что-то забулькало, и обратно грызун не выбрался. Надо будет проверить глубину клоаки и кто там такой живет. Скину туда кого-нибудь и погляжу. Чужого, конечно.
Странно, что мы до сих пор встретили только одну группу. Я предполагал, что воплощенных здесь будет довольно много. Все же общедоступное задание в черте города.
– Валерий Федорович, у вас есть информация, сколько игроков взяли этот квест? – спросил я.
Цицерон нахмурился.
– Актуальной – нет, но… Сейчас… Да, вот оно. На тот момент, когда я смотрел статистику в ратуше, задание приняли шестьдесят человек. Надо понимать, что они могли расшарить его на свои группы, кланы и гильдии.
Мы уже дошли почти до центра круга на карте, а встретили только одну крысу. Не успели мои подозрения оформиться во что-то конкретное, как их причина появилась сама. Из мглы, вздымая волну дерьма, к нам по каналу двигалось, скрытое под поверхностью жижи нечто, хлещущее длинными щупальцами по обоим тротуарам.
Скажу честно, мне стало страшно. Прекрасно понимаю, что это игра, но она настолько хорошо обманывает мозг, что забываешь о нереальности происходящего. И я «включился».
Вся имеющаяся и поступающая информация приобрела четкую структуру.
