Судя по размерам и форме поднимаемых волн, с учетом консистенции жижи, глубина канала невелика, чуть более полутора метров. Исходя из этих же данных, тело монстра представляет собой сплюснутый эллипсоид размером с небольшой автомобиль. Передвигается плаванием, за счет вытянутых назад и скрытых под поверхностью дерьма конечностей. Видимая толщина четырех щупалец достигает тридцати сантиметров, на концах – пять-семь. Значит, у основания будут полметра при длине семь-восемь. Похоже на осьминога, но он чем-то с костяным звуком стукает по камням стен и тротуаров. Подробности не рассмотреть из-за мглы и облака поднимаемых брызг. Шипы, когти, панцирь? По движению щупалец заметно, что сжимаются они с силой и резко, а разгибаются не так охотно. Это можно будет использовать. Ударная мощь тонкой части не так велика, они предназначены для осязания и хватания. Затем могучей средней частью щупальца жертва сжимается, туда попадать ни в коем случае нельзя.
Оставаться на одной стороне – смерть. У нас не будет возможности нормально атаковать эту хрень. Необходимо разделиться. Но даже так мы не сможем нормально защищаться. Нужно как-то помешать твари атаковать.
– Кругом! – заорал я. – Бежим до моста.
Форы около ста метров, а пробежать надо около трехсот. На ходу принялся раздавать указания:
– Внимательно слушаем! План такой: кто сейчас бежит правым, на мосту переходит на другую сторону. – Двигались мы в колонну по два, поэтому поровну поделимся. – Кусимир, тоже направо, Пузеслав остается. Саппорт укрывается мостом от щупалец. Танки, все атаки должны быть по вам. Остальные – рубим все, что достаем, но без риска свалиться. От ударов вовнутрь уклоняемся, на возвратном движении щупалец – бьем по ним, отрубаем. Тонкую часть не боимся, от толстой прячемся, кто под нее попадет – труп. Маги, Лена, на вас – тело, глаза и пасть
Цицерон отставал. Он сразу пропустил всех вперед и теперь, задыхаясь, еле переставлял ноги позади. Скорость монстра около шести метров в секунду, и так едва опережаем его. Для своего возраста и массы я очень хорошо бегаю, но ясно вижу, что не смогу упереть на себе старика. Угрожай ему реальная смертельная опасность, я бы, может, попробовал. И то вряд ли. Никогда не видел смысла в «сам погибай, а товарища выручай». Есть такая возможность – помогай, спасай, нет – гибнуть за компанию глупо.
– Федорыч, готов умереть с пользой? – спросил я.
– Давно готов… с тех пор… как овдовел, – пропыхтел он.
– Прыгни на тварь, выясни, что у нее за тело. Твердое или мягкое, какая пасть, есть ли зубы, плотность тела. Если сможешь – опознай. Желательно, чтобы я тоже ее мог рассмотреть. Пусть вынырнет. И очень быстро докладывай.
Докладывать, когда тебя жрут – удовольствие ниже среднего, но это ж понарошку, потерпит. Заодно посмотрю, из чего дед сделан. Сможет – достойный человек, струсит – пусть в ратуше сидит, бумажки пишет, тоже пригодится.
Прижавшись к стене, я пропустил всех вперед и побежал рядом с Пузеславом, повернувшись вполоборота и глядя назад. Мы уже добрались до мостика, когда метрах в ста от нас Цицерон встретился с чудищем. Увернувшись от удара щупальца, он, вооруженный одним кинжалом, храбро сиганул на горб волны. Монстр приподнялся, подбрасывая деда вверх, и мы увидели темное округлое тело с двумя белыми блюдцами глаз по сторонам.
– Хитиновые бляшки на теле, между ними мягкое! – кричал Валерий Федорович.
Раскрылась полная зубов пасть размером с дверь, и он ухнул прямо в туда. Да у этой твари все тело – одна здоровая пасть! Это не осьминог, это какая-то сказочная херня.
– Есть зубы-ы-а-а-а-а-а!!!
Истошный, сорвавшийся на фальцет вопль оборвался.
– Мама, – пролепетал кто-то.
Еще несколько человек высказались более эмоционально и матерно.
– Чего замерли! – заорал я, пихнув стоящего с потерянным видом Лепилу. – Разобрали позиции, встречаем.
Народ зашевелился, занимая свои места. Не самым лучшим образом, но уж как есть. Судя по легкой заторможенности, боевой дух группы упал на самое дно этой канализации.
– Колдуны, с вас граната в пасть этой твари. Копья к бою! Приготовились!
Лена уже начала посылать стрелу за стрелой монстра. Не мазала, но без видимого эффекта. Ничего, таким темпом на пару минут у нее боезапаса хватит, а больше не понадобится, к этому времени или мы, или нас.
Тварь приближалась. Стоящие чуть впереди Кусимир и Пузеслав одновременно рубанули по ближайшим щупальцам и тут же отпрыгнули назад от яростно хлещущего ими чудовища. Леха мастерски срубил метровый отросток точно в месте, где он резко начал утолщаться.
– Тоха – лох! – крикнул он своему визави, сумевшему нанести только глубокий порез.
Этот задорный незамысловатый возглас вернул моему воинству игровой азарт. Я так не умею, не тот типаж. Запугать, заставить, сломить – да, а из условно позитивных эмоций я могу транслировать окружающим только мрачное удовлетворение.
Тварь приподнялась над жижей и уставилась на нас мутными буркалами.
