Фронт и тыл Великой войны полностью

Коль скоро речь зашла о разведке, я не могу не упомянуть здесь об охотничьих командах Русской императорской армии. Конечно, речь не об охотниках-промысловиках, и уж тем более не о браконьерах, хотя охота входила в их подготовку и являлась ее важным элементом. Охотничьими командами в Русской императорской армии называли пехотные и кавалерийские подразделения, в составе которых добровольцы («охотники») решали ряд возникавших тактических задач: скрытные марш или наблюдение, организация засад на пути следования неприятельских войск, следопытство, вербовка местных жителей и борьба с партизанами из их числа и т. д. Но вместе с тем охотники были мастерами и по части истребления живой силы противника: «Охотничья команда вверенного мне [19-го Донского казачьего] полка в составе 40 человек под начальством зауряд-хорунжего Филимонова, высланная 19 сентября [1914 года] на разведку в окрестность г[орода] Млавы, установив местонахождение сторожевого охранения немцев и убедившись, что в деревне Капустники расположена застава в 66 человек при офицере, сегодня на рассвете окружила эту деревню, состоящую из 7 дворов, и, сделав на нее нападение, зарубила шашками 54 пехотинца немца и взяла в плен 12 человек, в том числе офицера, ни один немец не ушел. При этой стычке с нашей стороны убито двое: урядник Текутьев и казак 20-го Донского казачьего полка Кравченков, легко ранены трое… Постоянная молодецкая работа охотничьей команды, прославившей себя в дивизии и наводящей страх и ужас на весь немецкий гарнизон нашего района, дает мне случай благодарить зауряд-хорунжего Филимонова и молодцов охотников за их неустрашимую боевую работу»[1083].

Осенью 1914 года высоту духа и верность полковой святыне неоднократно демонстрировал знаменщик Его Величества лейб-гвардии Измайловского полка Андрей Карлович Михайловский. В дни боев 10–14 (23–27), 18–19 октября (31 октября-1 ноября) 1914 года он не раз переносил знамя от передовой в резерв, невзирая на сильный огонь стрелков и артиллерии неприятеля и притом «разумно и с полным вниманием относясь ко всем прикрытиям и складкам местности», как гласил приказ о награждении Михайловского Георгиевской медалью 4-й степени. А 11 (24) ноября, когда измайловцы держали оборону близ поселка Вольбром, знаменщик был ранен в левую руку разрывной пулей, но знамени вновь не оставил и уже несколько часов спустя вернулся в строй, лишь перевязав ранение. Поступок Михайловского был отмечен Георгиевским крестом 2-й степени.

Андрей Карлович Михайловский, рисунок периода Первой мировой войны

Тогда же, в боях с 5 (18) по 13 (26) ноября, подпрапорщик роты Его Величества 2-го лейб-гвардии стрелкового Царскосельского полка Трофим Васильевич Бучковский не просто исполнял обязанности младшего офицера, но и в течение двух дней управлял боевым участком. Под беспрестанным огнем, за три сотни шагов от противника занимаемая полуротой позиция была удержана. В октябре 1915 года Бучковского наградили Георгиевским крестом 2-й степени, так как крест 4-й степени он получил из рук генерал-адъютанта князя С. И. Васильчикова от имени императора накануне, 3 (16) ноября 1914-го, а 17 (30) декабря был награжден крестом 3-й степени лично государем во время смотра на станции Гарволин[1084].