Все эти герои удостоились заслуженных наград — Георгиевских крестов 4-й степени, но дата совершения ими подвигов не являлась критерием для старшинства в очередности награждений. Если же исходить из того, кому в Великую войну достались первые по номеру «Георгии» каждой степени, то кавалером Георгиевского креста 4-й степени № 1 стал рядовой 41-го пехотного Селенгинского полка Петр Михайлович Черный-Ковальчук. Притом он получил награду 20 сентября (3 октября) 1914 года в Александровском дворце Царского Села лично из рук императора: основанием для такой чести стал захват Черным-Ковальчуком знамени 2-го Императорского Тирольского егерского полка в бою 25 августа (7 сентября). К сожалению, менее трех недель спустя после награждения герой погиб в бою на реке Сан[1073].
Первый Георгиевский крест 3-й степени был вручен 27 октября (9 ноября) 1914 года вахмистру-подпрапорщику Лейб-гвардии Конного полка Ананию Филипповичу Рушнице тоже лично государем — правда, в Ставке в Барановичах, как и «Георгий» № 1 2-й степени, в тот же день украсивший грудь вахмистра-подпрапорщика Лейб-гвардии Гусарского Его Величества полка Егора Георгиевича Шестакова[1074].
Ну а первым по счету кавалером Георгиевского креста 1-й степени в 1914 году стал герой еще Русско-японской войны. В боях на Востоке Никифор Климович Удалых заслужил кресты 4, 3 и 2-й степеней, а 12 (25) ноября 1914 года на приеме в Царском Селе ему, фельдфебелю-подпрапорщику 1-го пехотного Невского Его Величества Короля Эллинов полка, Николай II пожаловал высшую солдатскую награду и золотые часы с государственным гербом. История этого отличия заслуживает отдельного рассказа. Удалых в августе 1914 года, во время отступления в Восточной Пруссии, спас полковое знамя, закопав его. Пока шло восстановление полка в Лиде, его ряды пополнились подпоручиком А. М. Игнатьевым. Молодой офицер держался наособицу, удивляя новых однополчан привычкой носить в карманах питомцев — морскую свинку и канарейку. Как выяснилось, факт поступления на службу в полк без знамени удручил его, но сведения об Удалых, спрятавшем полковую святыню, наоборот, зажгли идеей возвратить ее невцам. Отправившись на подконтрольную противнику территорию, подпоручик и подпрапорщик нешуточно рисковали, ведь помимо угрозы со стороны неприятеля их отсутствие могло быть расценено как дезертирство. Им приходилось передвигаться только ночами, скрываясь и от вражеских, и от русских разъездов. Авантюра увенчалась успехом, хотя не обошлось без стычки и кровопролития: на обратном пути лазутчики под личиной крестьян все же наткнулись на противника. Игнатьев попытался спрятаться в болоте, но получил ранение в ногу, а его канарейка утонула. К счастью для обоих спасителей знамени, туда же прибыли казаки, спасшие их. Великий князь Николай Николаевич пожаловал подпоручику орден Св. Владимира 4-й степени с мечами и бантом, а государь позднее — орден Св. Георгия 4-й степени. Героизм Никифора Удалых тоже был оценен по достоинству[1075]. Впоследствии он получит чин прапорщика, а последние сведения о нем — это служба в 188-м пехотном запасном полку в августе 1916 года.
Герой рядовой Лев Оснас: лубочный «герой» Великой войны