Фронт и тыл Великой войны полностью

В бою 12 (25) февраля 1917 года на Дзике-Ланских позициях рядовой 8-го Заамурского пограничного пехотного полка Григорий Александрович Горлушко увидел, что неприятельская крупнокалиберная бомба угодила в бомбометное гнездо. «Из обслуживающей прислуги он, сохраняя самообладание, схватил готовую каждую секунду разорваться бомбу и выбросил ее за бруствер, где она разорвалась, чем спас бомбомет и жизнь свою и трех товарищей», — говорилось в приказе о награждении Горлушко «Георгием» 4-й степени. Бомбардир 5-й батареи лейб-гвардии 2-й артиллерийской бригады Николай Иванович Клюквин же сохранил еще больше жизней 13 (26) марта 1917-го в бою у Корытницкого леса. Когда неприятельский шестидюймовый снаряд поджег блиндаж рядом со складом химических боеприпасов, Клюквин ринулся тушить пожар, причем под беспрестанным обстрелом. В итоге очаг возгорания был ликвидирован.

Ночью на 27 февраля (12 марта) необычный сувенир принес своим соратникам казак отряда Особого назначения 2-й армии Нестер Дмитриевич Лепихин. Он вызвался охотником отправиться в разведку южного берега Выгоновского озера, но был замечен неприятелем. Однако невзирая на стрельбу Лепихин дополз до проволочных заграждений и убедился, что вдоль траншей на берегу они натянуты в три ряда. В подтверждение ли успешности вылазки, ради бравады ли, но смелый казак вырезал часть проволоки и вернулся с этим отрезком в расположение русских войск. А с 25 февраля (10 марта) по 20 марта (2 апреля) 1917-го добраться до неприятельской проволоки — правда, не колючей, а в проводах, — стремился рядовой 2-й Сибирской отдельной телеграфной роты при 35-м пехотном Брянском полку Иринарх Иванович Аксарин. Вместе с полковой командой разведчиков, нередко под обстрелом он раз за разом искал идеальное место для включения в немецкую линию, заодно рассчитывая перехватить вражеские переговоры путем пускания воздушного змея. В конце концов, Аксарин «обнаружил присутствие электрического тока большого напряжения (провода оказались электроосветительными), чем блестяще выполнил возложенную на него заведующим связью 2-й армии задачу»[1125].

В ходе июньского наступления корреспондент французского издания L’Illustration Людвиг Германович Грондзис, предвосхищая строки Константина Симонова «с лейкой и с блокнотом, а то и с пулеметом…», не бежал от неприятельского огня, а помогал выносить раненых воинов с поля брани и даже возглавил одну из штурмовых колонн. «Участвовал в захвате пленных и тут же, в бою, по взятии первых линий окопов, под огнем делал фотографии», — гласил приказ о награждении орденом Св. Владимира с мечами и бантом Грондзиса, также удостоившегося Георгиевской медали. В 1961 году он скончался в мирном голландском Утрехте[1126].