В этом смысле Советскую Россию можно сравнить с Бельгией летом 1914 года. К началу Великой войны вооруженные силы королевства были немногочисленны и слабы по сравнению с нависшей над бельгийскими границами угрозой. Вторжение началось, исход противостояния был предсказуем и печален. Но, как уже говорилось ранее, Бельгия с честью показала, что готова постоять за себя, а затем ее армия пошла на соединение с войсками англо-французских союзников.
России на рубеже зимы-весны 1918 года было некуда отступать и не на кого опереться — безотносительно причин складывания такой ситуации. Однако в организации обороны Петрограда, и в боях за Псков, и даже в запоздалой борьбе за Нарву приняли участие кадровые русские офицеры. Для них вторжение врага в пределы России оставалось вызовом вне зависимости от политического режима в стране.
…Конечно, в Русском Зарубежье вряд ли согласились бы с таким выводом. Вначале были пулеметы, а завершилось все, согласно эмигрантскому военному историку А. А. Керсновскому, артиллерийскими орудиями еще в 1917 году. 26 октября (8 ноября) 1917 года, на следующий день после захвата власти большевиками, 681-й пехотный Алтайский полк атаковал германские позиции на Березине, взяв две сотни пленных и отбив у неприятеля две поршневые пушки, некогда числившиеся в составе крепостной артиллерии Новогеоргиевска[1187]. Судьбе этой крепости, доселе остающейся малоизвестной, посвящена следующая глава.
Здесь, — скажет в описаниях своих Историк, — при слиянии Наревы с Бугом, Наполеон вздумал сделать огромные укрепления. Тысячи польских рук и миллионы злотых употреблены для этой работы.
Наконец возникли высокие валы; показались, погрозили — и рассыпались!..[1188].
Утром 7 (20) августа 1915 года начальник станции искрового телеграфа в Брест-Литовске капитан Ф. А. Кастнер получил радиограмму из осажденной крепости Новогеоргиевск.
Просьба защитников не была услышана. Начертанный Кастнером крест оказался в известном смысле поставлен на целые десятилетия. Советские военные историки вспоминали о Новогеоргиевске нечасто и как будто неохотно. Наиболее подробные публикации об этой крепости и ее судьбе в Великую войну выходили за границей, на иностранных языках. В итоге моя выпускная квалификационная работа, изданная в 2009 году крохотным тиражом, стала первым монографическим исследованием истории Новогеоргиевска на русском[1190]. Ну а теперь наступил подходящий момент для возвращения к ней и нового рассказа с самого начала.
План крепости Новогеоргиевск, 1830-е годы
Удачное расположение будущей крепости было отмечено еще Наполеоном Бонапартом. В 1805 году он направил в польские земли военного инженера Франуса де Шасслу-Лоба, составившего план модлинских укреплений. Интуиция великого полководца оправдала себя: в 1813 году Модлин оборонялся от русских войск много дольше прочих польских форпостов. Защитники крепости серьезно уступали русским войскам по численности. Если в начале февраля гарнизон насчитывал 1000 саксонских, 1000 французских и около 6000 польских солдат и офицеров[1191], то всего лишь 5230 солдат и 261 офицер продолжали удерживать Модлин к лету[1192]. Позже русские офицеры — участники осады и их противники сходились во мнении о высоком качестве укреплений Модлина[1193].