Фронт и тыл Великой войны полностью

В целом же непрочность версии об «американском следе» в подготовке Октябрьской революции становится очевидной при обращении к американским же архивам. Например, в них отложился отчет главы дипломатической миссии США в Стокгольме Иры Нельсона Морриса госсекретарю Роберту Лансингу в июне 1918 года. В предваряющей текст документа записи подчеркивается связь между германской агентурой и большевиками — правда, затем составитель признается: «Данная информация была получена главным образом из французских источников (sic!), и, хотя я полагаю, что она в большинстве своем достоверна, гарантировать этого я не могу»[1801]. Мало того, еще в конце апреля тот же Моррис запрашивал разрешения Лансинга на демонстрацию видному шведскому социал-демократу Карлу Брантингу… «документов Сиссона»[1802]. Полагаю, этого в качестве иллюстрации довольно. Вернемся к теме «германского следа».

Сторонники данной версии зачастую апеллируют к работам британского историка Г. М. Каткова. Этот исследователь еще в середине 1950-х годов опубликовал послание министра иностранных дел Германии Рихарда фон Кюльмана кайзеру Вильгельму II через чиновника для изустной передачи информации[1803], предварив его пространной статьей. В ней Катков подчеркивает: «Подозрения в том, что большевики получали финансовую помощь от германского правительства — не клевета, а логичное предположение»[1804]. Публикуемый им документ является лишь косвенной уликой, подлинность содержащейся в нем информации не может быть подтверждена. Катков считает маловероятным обман кайзера Кюльманом в сообщении о финансовой поддержке большевиков, однако это — лишь логические умозаключения. Историк отдавал себе в этом отчет, а потому оговорился в тексте статьи, что указаниям Кюльмана на «сверхважность» германского финансирования большевиков вероятно, присущи самовосхваление и преувеличение. В самом деле, Кюльман заявляет буквально следующее: «Только когда мы по разным каналам и под разными предлогами обеспечили большевикам постоянный приток фондов, они сумели проводить энергичную пропаганду в своем главном органе “Правде” и значительно расширить прежде весьма слабый базис своей партии»[1805].

Здесь следует остановиться на вопросе финансирования газеты «Правда», основного печатного издания РСДРП(б). Вышеуказанные слова Кюльмана нередко трактовались публицистами еще в эмигрантской печати[1806] как прямое свидетельство спонсорской помощи большевикам со стороны Германии для выпуска этой газеты с момента его возобновления 5 (18) марта 1917 года (после снятия запрета от 8 (21) июля 1914-го). В наши дни исследования специалиста по русской военной печати периода Первой мировой войны Д. Г. Гужвы не выявили свидетельств и примеров действительной связи немцев с большевистскими издателями[1807]. Однако окончательно точку над i в данном вопросе ставит новейшая работа историков В. В. Корнеева и Я. В. Козлова, обратившихся к финансовой документации «Правды», — благо, таковая сохранилась в архивах. Выявленные и опубликованные ими данные позволяют рассчитать доходную и расходную статьи бюджета газеты в марте-мае 1917 года с точностью до копейки. Эти цифры представлены в следующих таблицах:

¹ Драбкина Ф. Царское правительство и «Правда» // Исторический журнал. 1937. № 3–4. С. 119–120.