– Нет, ой, вспомнила, – Татьяна прыснула, – он хотел карточкой расплатиться. Я сначала и не поняла, что за кусок картона он мне сует. Он объяснил. А я ему объяснила, – усмехнулась она.
– И что покупатель?
– Ничего. Навесил на рожу полкило презрения и расплатился наличными.
– Вы не видели, на какой он машине приехал?
– Видела, – призналась Татьяна, – не утерпела и выглянула.
– Вы можете ее описать?
– Шикарная такая, вся блестит, как вороная кобыла с выставки.
– Понятно.
– А вы поблизости не видели еще какую-нибудь машину или чужих людей?
– Чего не видела, того не видела, – вздохнула женщина.
– Жаль…
– А вы у деда Тимофея спросите, – посоветовала Татьяна.
– А кто это?
– Дед Тимофей? – удивилась женщина и тут же хлопнула себя по лбу: – Вы же нездешняя. Дед Тимофей – наша местная знаменитость. Он держит коз. Но они не просто молоко дают, а обучены всяким цирковым номерам. То по лестнице на дерево залезут, то прыгают по-разному, то мекают в такт музыке. Короче, дед веселит народ со своей рогатой труппой.
– А как он может помочь мне?
– Очень просто. У него в тот день Дунька пропала – его прима, – улыбнулась Татьяна, – и Тимофей весь день бегал как ошпаренный, искал ее. Нашел он Дуньку только утром следующего дня. Она, оказывается, все это время с Марьяном тешилась.
– А Марьян это кто?
– Козел нашего конюха Петра, она у него в сарае и ночевала. Тимофей Петру чуть всю бороду не выдрал. Но до утра он бегал по округе, и если кто был чужой, то Тимофей мог его видеть.
– Татьяна, огромное вам спасибо. – Мирослава выложила деньги на стол.
– Сейчас я сдачу принесу. – Татьяна быстро поднялась из-за стола.
– Нет-нет, – поспешно проговорила Мирослава, – сдачи не нужно.
– Но это слишком много…
– Ничуть, – улыбнулась Волгина, – вы меня накормили, чаем напоили и полезными сведениями снабдили.
– Так это так, не за деньги.
– Конечно, но я думаю, у вас найдется тот, кого вы захотите побаловать.
– Спасибо вам сердечное, – тепло проговорила Татьяна, – двое у меня сорванцов, куплю им что-нибудь.
– Ну, вот и хорошо. А где мне деда Тимофея найти?
– Скорее всего, он сидит на лавочке сбоку от стоянки, а если там нет, то его дом – третий от дороги, зеленого цвета.
– А как отчество дедушки?
– Иваныч он, но все кличут просто дедом Тимофеем.
– Спасибо, – улыбнулась Мирослава и распрощалась с гостеприимной продавщицей.
Деда Тимофея она и впрямь нашла на лавочке.
– Добрый день, Тимофей Иванович, – обратилась она к старику, которому лет восемьдесят точно было.
– Ишь ты, – удивился дед, – Тимофей Иванович. Ну, здорово, коли не шутите, барышня.
– Я Мирослава Волгина, детектив из города. Обратиться к вам мне посоветовала Татьяна. – Мирослава кивнула на магазин.
– И насчет чего консультироваться вас ко мне послала Танюха? – спросил он важно.
– Можно я присяду на лавочку?
– Чего же не присесть, место тут не бронированное.
– Вы, Тимофей Иванович, наверное, слышали, какая беда приключилась недалеко отсюда с молодым парнем?
– С тем, что выпал из машины? Как не слыхать, новостей у нас мало, живем скучно, так что об этом до сих пор судачат.
– Он приехал на своей машине, купил сковороду, сел в автомобиль…
– Нет, не сел, – перебил дед Тимофей.
– Не сел?
– Может, и сел, но не сразу. Он вышел из магазина, и его кто-то окликнул.
– Кто?
– Не видел. Окликнули его из машины. Голос был женский.
– Вы машину запомнили?
– Да. Синяя девятка.
– А номер?
Он назвал буквы и цифры…
– Вы уверены?
– Абсолютно. У меня никакой девичьей памяти не наблюдается, – скрипуче рассмеялся дед.
– Машина стояла так близко?
– Не очень, но у меня дальнозоркость. Вдаль вижу как орел! – гордо заявил дед.
– А что было дальше?
– Вот этого не знаю.
– Как так?
– Да Семка меня позвал, внук мой, ему показалось, что Дунька орет в овраге, и я побежал туда со всех ног, дурак старый, – сокрушенно проговорил дед.
– Дуньки в овраге не было?
– Не было, там Юрка пьяный орал, никак не мог вылезти. – Дед сердито махнул рукой.
Заметив разочарование, мелькнувшее на лице детектива, дед виновато проговорил:
– Извиняйте, барышня, недоглядел.
– Вины в этом вашей нет.
– Так-то оно так, но я и сам мучаюсь в догадках. Одно еще скажу, когда я пошел на зов Семки, из кустов вон тех, – дед указал на пыльные кусты, можно даже сказать заросли акации, – выбежал не то парень, не то девка и поспешил на стоянку.
– Может, у него там стояла машина или еще что-то?
Дед покачал головой.
– Нет. Мотор не заводили.
– Велосипед?
– Шума шин тоже не было. Я подумал, что этот индивид побежал туда же, где разговаривал парень с бабой из машины.
– А почему вы не можете сказать, мужчина это был или женщина?
– Понимаешь, на вид парень, но что-то в нем было бабское. Не могу сказать, что…
– А как он выглядел хотя бы приблизительно?
– Волосы густые, коротко стриженные, каштановые, джинсы на нем были и куртка короткая, на ногах что было, не рассмотрел.
– А в руках что-нибудь было?
– В руках, – задумался дед и покачал головой, – нет, в руках ничего не было, но знаешь…
– Что?
– Он как-то странно держал руки, точно что-то за пазухой поддерживал. Точно! У него что-то было под курткой.
– Оружие?
– Нет, оно шевельнулось.
