Перехватываясь руками за скобы и упираясь ногами в металл астероида, Нетреба довольно резво двинулся вокруг ракеты. Антонов замешкался, собирая инструмент. Когда он присоединился к инженеру, тот уже лежал на животе и, включив налобный фонарь, заглядывал в черную трещину. В эту самую трещину и уходила стойка гидроамортизатора третьей посадочной лапы. Нетреба вполголоса чертыхался - не так-то просто было в условиях невесомости удерживать свое тело в горизонтальном положении без специальных приспособлений. Его туловище все время стремилось стать торчком, а ноги болтались, как у лягушки, подвешенной на нитке. Сразу же оценив обстановку, Антонов покрепче ухватился рукой за скобу, далеко отставил ногу и придавил ею тело Нетребы к металлу астероида.
- Спасибо, Николай Андреевич, я сейчас, - сказал Нетреба, не поднимая головы. Но прошла минута, другая, третья, а «сейчас» все еще продолжалось. У Антонова начали затекать руки.
- Скоро? - спросил он.
- Сейчас! - бодро сказал инженер.
Прошло еще минуты две. Антонов уже хотел ругаться, когда Нетреба вытащил голову и плечи из трещины и сел, опираясь на руки. Выпрямился и Антонов.
- Разобрался, Николай Андреевич. Произошло это так…
Рассказ Нетребы отличался подробностью и обилием специальных терминов. Не удовлетворясь словами, он прибегал иногда к помощи рук. Антонову тогда приходилось хватать его за пояс скафандра, чтобы удержать от неожиданного полета в небо. Суть его рассказа сводилась к следующему. В момент удара, когда все три гидроамортизатора сработали и сжались до предела, одна лапа сорвалась в трещину. В этом месте рассказа пунктуальный Нетреба проводил пальцами по свежему следу срыва на поверхности астероида. Лапа потеряла опору и стойка гидроамортизатора буквально выстрелила ею. Трещина в металле оказалась сужающейся и не очень глубокой. Лапу покорежило во всех трех измерениях и намертво заклинило. Она-то и удержала корабль на астероиде.
- Освободить ее можно? - перебил Антонов Нетребу, углубившегося в технические подробности происшедшего.
- Исключено, - без раздумья ответил инженер.
- Как же освободить корабль?
- Отрезать лапу! - подал голос невидимый Володя.
Антонов, невольно посмотревший вверх, снова перевел глаза на инженера.
- Это единственный выход, - подтвердил инженер.
- А чем резать?
- Сделаем! - снова вмешался Володя.
Антонов и Нетреба снова глянули вверх и улыбнулись.
- Конечно, сделаем, - снова подтвердил Нетреба.
- Дешево же мы отделались, - с глубоким облегчением вздохнул Антонов.
Нетреба не ответил. Что-то недоговоренное почудилось Антонову в его взгляде, как будто бы инженер знал нечто нерадостное и не решался сказать об этом вслух.
- Ну-ну, - подбодрил его Антонов.
- Не в лапе дело, Николай Андреевич, - сказал наконец Нетреба и показал рукой куда-то вверх.
Следуя взглядом за направлением его руки, Антонов поднял голову. Корпус ракеты, наполовину блестящий, наполовину темный, с еле заметной полоской полутени, круто взлетал к звездному небу. В нижней трети его монолитной поверхности виднелась продолговатая вмятина, а в центре ее небольшая - с человеческую ладонь - рваная рана.
- Так вот почему выключился двигатель, - вполголоса сказал Антонов. Он так и стоял с поднятой к небу головой, словно любовался звездным небом.
- Поэтому, - подтвердил инженер, - повреждение в активной зоне реактора. Пробоина небольшая, скорее всего, и ремонт требуется пустяковый, но раньше двух недель туда не подступишься. Сейчас там уровень радиации тысячи рентген в час.
- Да, - подтвердил Антонов, - не раньше двух недель. Да и то работать придется по нескольку минут.
- И все равно без лучевой болезни не обойдешься, - улыбнулся Нетреба.
- Ничего, проведем профилактику… Как, по-твоему, это произошло, Юрий Михайлович?
Антонов все еще рассматривал пробоину. Она совсем небольшая, даже не с ладонь, а меньше. Как будто озорник мальчишка швырнул камнем в оконное стекло.
- Произошло это так, - кашлянув, сказал Нетреба, - в момент удара сопло приблизилось к поверхности металла и подача рабочего тела в теплообменник прекратилась. Двигатель вышел на холостой ход. В это время заклинило лапу. Отдача гидроамортизаторов двух других лап оттолкнула корабль. Он начал поворачиваться вокруг заклиненной точки…
- Ты жестикулируй одной рукой, - попросил Антонов, - а то мне надоело тебя держать.
- Виноват… э… да, корабль начал поворачиваться, опрокинулся на бок и ударился об один из выступов. Обшивка не рассчитана на ударное сопротивление в боковом направлении, корпус корабля треснул и…
- Не повезло, - вздохнул Антонов.
- Не повезло, - подтвердил инженер.
Помолчали. Антонов вздохнул и снова поднял голову вверх, к звездам. Рваная пробоина на корпусе корабля притягивала его взгляд как магнит.
- Володя! - окликнул он негромко.
Володя не ответил.
- Наверное, определяет элементы орбиты, - отозвался вместо штурмана Нетреба, - и не знает еще, что сидеть здесь нам придется две недели.
- Побольше, - возразил Антонов. - Какие у тебя соображения по срокам ремонта?
