Дотянувшись до девушки, он с силой толкнул ее в спину и тут же сам едва не ушел под вонючую ледяную воду. Но толчка хватило, чтобы Серафима вцепилась в ветки, низко свисающие над землей. Она быстро начала карабкаться по ним, вытягивая себя из промерзшей грязи.
А волколаки подкрадывались все ближе, осторожно ступая длинными конечностями по камням и болотным кочкам.
– А ну прочь! – рявкнул на них Тимофей. – Или я за себя не ручаюсь.
Монстры лишь злобно захихикали, продолжая нащупывать ногами твердые участки.
Серафима уже стояла на берегу. Ухватившись левой рукой за толстую ветку дерева, правой она дотянулась до Тимофея и схватила его за воротник толстовки. Затем медленно потянула на себя, закусив губу от усилия.
Тимофей почувствовал, что постепенно выбирается из жидкого плена.
Волколаки присели, готовясь к прыжку. Подняв руку, он призвал ведьмин огонь, и в его ладони возник столб огня. Зеленое пламя отразилось в узких глазах волколаков, монстры испуганно замерли. Затем развернулись и опрометью ринулись прочь.
Тимофей тяжело вздохнул и погасил огонь, затем медленно повернулся и начал помогать девушке, цепляясь за корни и ветви кустов.
Вскоре оба обессиленно свалились на твердую землю.
– Ну и воняешь же ты, – поморщилась Серафима.
– От тебя запашок не лучше, – не остался в долгу Тимофей.
– Вообще-то, я тебе жизнь спасла, прошу учесть на будущее. Надеюсь, тем самым я искупила свою вину за все предыдущие проступки?
– Договорились, – кивнул Зверев. – Пока не совершишь новых.
– Обещаю, новых не будет, – заверила его Серафима, трясясь от холода.
Они медленно поднялись на ноги. Тимофей снова призвал огонь, и пламя охватило его тело от макушки до пяток. Несгораемая спортивная форма мгновенно просохла, и он тут же почувствовал себя гораздо лучше. Серафима такой одеждой похвастаться не могла. Тимофей предложил ей остановиться и развести костер, чтобы просушить ее вещи, но девушка покачала головой.
– Осталось совсем немного, – сказала она. – Скоро будем в тепле.
И они поспешили дальше, на этот раз старательно глядя под ноги, обходя темные провалы в земле, заполненные водой.
Вскоре Тимофей увидел то, что Серафима называла Галереей. Издали это сооружение напоминало густые заросли деревьев и кустарников, но, приглядевшись, Тимофей понял, что видит огромный старинный особняк, окруженный со всех сторон разросшимися деревьями. Его почерневшие стены были сплошь увиты диким плющом, все подходы к дому перекрывали растущие близко друг к другу стволы елей, осин и дубов. Тропинка петляла между зарослями и вела к древней покосившейся террасе старого дома.
– Это то самое место? – удивленно спросил Зверев.
– Да, – дрожа, кивнула Серафима.
– Но оно выглядит давно заброшенным…
– Оно и должно так выглядеть, чтобы не привлекать лишнего внимания.
– Деревья будто хотят скрыть его от нас.
– Возможно, их заставили это сделать. Когда-то давным-давно. Кто-то, похожий на Карину Кик-марину.
Впереди снова раздался треск. Они обеспокоенно вгляделись в темноту, решив, что волколаки вернулись, но это был монстр совсем иного рода – массивная косматая фигура с остроконечными ушами.
– Свиная Голова! – ужаснулась Серафима.
Поняв, что его заметили, монстр не стал больше скрываться и ринулся к ним, с треском ломая ветви кустарников. В его руке Тимофей разглядел все тот же огромный молот. Яростный рев чудища огласил окрестности.
– Хорошо, что я накануне в туалет сходил, – нервно пробормотал Тимофей, затем схватил ошеломленную девушку за руку и резко рванул за собой.
Они пронеслись мимо наступающего чудовища, взбежали на старую террасу и буквально влетели в распахнутые двери Галереи. Осматриваться по сторонам было некогда. Когда Тимофей отпустил Серафиму, та не удержалась на ногах и с грохотом свалилась на старый дощатый пол. Зверев подскочил ко входу и захлопнул двери, навалился на них спиной. Снаружи слышался топот здоровенных башмаков.
– Помочь не хочешь? – выдохнул Тимофей.
Серафима подскочила к нему и тоже навалилась на дверь. С террасы до них донесся дикий вой, переходящий в истошный поросячий визг.
Тимофей быстро огляделся. Они оказались в небольшом темном помещении без окон. Вернее, окна имелись, но снаружи они были заколочены грубыми досками. Вдоль стен стояло несколько старинных, потемневших от времени шкафов.
– Шифоньер! – скомандовал Тимофей. – Его можно привалить к двери…
Он тут же кинулся к ближайшему шкафу, а пол под ногами Серафимы дрогнул. Монстр уже стоял за дверью. Мгновение спустя раздался жуткий грохот, и девушку едва не отшвырнуло сильным толчком. Она снова навалилась на дверь всей своей массой, а Тимофей уже толкал к ней здоровенный шифоньер, пыхтя от усердия. Мощный удар снова сотряс дверь, за ним последовало еще несколько, каждый сильнее предыдущего.
– Я так долго не выдержу, – бросила Серафима, изо всех сил упираясь ногами в пол.
