– Да ладно вам! – запротестовал судмедэксперт. – Только не говорите мне, что вы не хотите их опросить!
Никто из полицейских не ответил.
– Я просто прошу вас дать мне возможность задать несколько вопросов – только и всего. Потом я отвезу Эву домой и поеду к себе.
Все посмотрели на Отаменди. Через несколько секунд, показавшихся Айтору вечностью, тот произнес:
– Я не могу просить вас об этом.
– И что мы должны делать? – спросил Льярена.
Айтор заметил, что Гомес ничем не проявил своего неодобрения.
– Нет, я просто не могу в это поверить! – в отчаянии воскликнула Ирурцун. – У меня в голове не укладывается! Вы правда собираетесь пойти у него на поводу?
– Я бы поискал людей, которых девушка-свидетель, эээ… Амайя Мендоса, видела незадолго до того, как обнаружила труп, – сказал Отаменди. – Это группа туристов, серфингистка, влюбленная парочка и высокий мужчина в плаще.
– Думаешь, это может быть тот самый человек, который следил за Кларой Салас и Майте Гарсией? – спросил Льярена.
– Понятия не имею. И даже не представляю пока, как можно было бы на него выйти. Так что я предлагаю сосредоточиться сейчас на том, что мы действительно можем выяснить. Ты мог бы поговорить со своими друзьями и узнать, кто была та блондинка, которая шла по бульвару Ла-Конча с доской для серфинга? Девушка-свидетель встретила ее во время своей пробежки по дороге к Гребню Ветра.
– Да, помню.
– Ты наверняка знаешь всех серфингистов в Доности. А с теми, кого не знаешь, может быть знаком кто-то из твоих друзей. Короче говоря, прямо или косвенно всем вам известно, кто какую волну поймал… Посмотри в социальных сетях, распространи сообщение в ватсапе среди своих знакомых. Пошевели их.
– Ладно, попробую.
– Мне следовало бы сейчас всех вас задержать. Как добросовестный сотрудник, я должна была бы надеть на вас наручники – ничего больше не остается! – процедила Ирурцун, стиснув зубы в своей беспомощности.
– Сильвия, – Льярена положил руку на плечо своей напарницы, – разве ты не хочешь поймать этого злодея?
Глаза Ирурцун сузились, превратившись практически в щелки.
– Ты у меня всерьез это спрашиваешь? – взорвалась она, раздраженно убирая его руку со своего плеча. – Ты правда считаешь, что я не хочу задержать преступника?
– Нет. Я имел в виду… Конечно же нет. Я просто хотел сказать, что…
– Хватит нести чушь. Не хочу больше ничего слушать.
Она указала пальцем на каждого из присутствовавших и, развернувшись, зашагала прочь, бормоча что-то себе под нос.
– Я ничего такого не хотел сказать, – начал оправдываться Льярена.
– Конечно не хотел, и она это знает, – успокоил его Отаменди. – И да, Ирурцун права: если мы будем игнорировать приказы, у нас могут возникнуть большие проблемы. Ну так что, вы всё еще согласны позволить нам опросить аспиранток?
Полицейские Льярена и Гомес переглянулись и, словно молча сговорившись, одновременно кивнули.
– Думаю, это не слишком выходит за рамки наших полномочий. И к тому же мы всегда можем сказать, что неправильно истолковали приказ. Эчеберрия ведь считает нас идиотами. В общем, если ты проведешь опрос, тебе наверняка удастся вытащить из них нужную информацию, – произнес Льярена.
– Значит, договорились. Я поеду с вами в машине. А ты следуй за нами, – велел Отаменди Айтору.
– А как быть с Эвой? – спросил судмедэксперт.
– Ей придется поехать с нами. Она подождет в машине, пока мы будем разговаривать с аспирантками, а потом ты отвезешь ее домой.
Айтор вернулся в свою машину, ощущая новый прилив энергии. Он был очень взволнован.
– Ну что там? – спросила Эва.
– Продолжаем работу.
Айтор вел свой «Гольф» по бульвару. Его успокаивало то, что он снова сидел за рулем своего автомобиля и ему оставалось лишь следовать в кильватере ехавшей впереди патрульной машины. Из всего транспорта на дороге ему попались лишь два такси и один сломавшийся автобус, припаркованный на полосе для аварийной остановки. Между тем простиравшаяся по правую сторону старая часть города, погруженного в ночную тишину и освещенного фонарями, казалась живописной декорацией фильма. Колесу обозрения, возвышавшемуся в парке у мэрии, немало доставалось от бушующей галерны: его кабины раскачивались и угрожающе скрипели при каждом порыве ветра.
– Ты хорошо знаешь Клару и Майте? – спросил Айтор, заставив Эву вынырнуть из задумчивости.
– Не то чтобы хорошо. Мы просто пересекались на некоторых аспирантских курсах.
– Что ты можешь о них сказать?
Эва устремила взгляд куда-то на горизонт, прежде чем ответить:
– Я бы сказала, что мы разные.
– Разные?
– Да. Ну, знаешь… Клара и Майте были популярны в университете. Умные, общительные, красивые – и все такое.
– А ты нет?
– Не очень, по правде говоря.
Айтор почувствовал натянутость в ее тоне.
– И я не имею привычки смеяться, когда не вижу ничего смешного, – добавила Эва.
– Что?
– Моя мама говорит, что я слишком искренняя.
– А они не такие?
