Михаил Ширвиндт
Когда у нас в стране закончилось телевидение, я с него ушёл. Мне было жалко расставаться с последним проектом – «Хочу знать с Михаилом Ширвиндтом». Передача выходила на Первом канале по будням в 15 часов. У нас была замечательная команда творческих ребят, которые азартно пахали дни и ночи и получали от этого удовольствие. Ну ещё бы – бесконечные поездки по всему миру, съёмки увлекательных сюжетов, общение с уникальными людьми – мечта! Но даже от работы-мечты мы ужасно уставали: 5 получасовых выпусков в неделю, в каждом примерно 5 сюжетов от 4 до 7 минут – получается 25 маленьких документальных фильмов! Профессионалы знают, что придумать, снять и смонтировать фильм на 20 минут или на 5 – разница небольшая. Может, короткий сделать даже сложнее – нет права растекаться мыслью по древу. В общем, впахивали как проклятые и радовались как дети!
Потом развлекательно-познавательные программы стали уступать место бесконечно визгливым ток-шоу. Вот и мы им уступили. Жалко было расставаться с нашей дружной командой, но что поделать – настали новые времена. Перекантовавшись какой-то период кто где, самые азартные коллеги, у которых шило расположено в правильном месте, однажды встретились со мной, и мы решили что-то делать. Вот так незатейливо возник YouTube-канал «Съедобное – Несъедобное».
Коллег этих было и остаётся всего двое: Илья Шпиз, оператор, автор, режиссёр, собутыльник, с которым мы работаем уже 25 лет – с первого выпуска программы «Путешествия натуралиста», и Александр Кузьминых, режиссёр, продюсер, оператор, собутыльник, с которым мы делали передачу «Хочу знать» и который в первой же поездке в Лиссабон переиначил португальское «спасибо» – obrigado в более доступное «мы – бригада», тем самым определив статус и стилистику наших взаимоотношений.
Вот что написано в «шапке» канала и чему мы пытались следовать все эти годы:
«Дорогие друзья, добро пожаловать на канал “Съедобное – Несъедобное” с Михаилом Ширвиндтом. Я рассказываю о том, что, по моему мнению, в мире интересно, что неинтересно, что вкусно, что невкусно, что меня поразило и удивило, о «подкожном» – что и делает любой город уникальным. Ещё я дам вам советы (опыт-то у меня богатый), как не нарваться на кошмарный “туризмус” при выборе точки питания, как распознать правильную забегаловку, да и о конкретных проверенных местах расскажу. В общем, я составляю эдакий путеводитель для друзей со всей ответственностью, чтобы потом “за базар” ответить. Так что давайте подписывайтесь и проверяйте… И если что, то я тут как тут».
К нашей гордости и нашему разочарованию, проект оказался некоммерческим – ездили и снимали за свой счёт, зато выбирали самое интересное и зрелищное. У нас не было и нет жёсткого формата, ведь несъедобными могут быть и Эйфелева башня, и хороший собеседник. Одним из этих собеседников оказался папа, который зашёл в моё кафе на Бронной. Мы хотели поздравить наших подписчиков с Новым годом, сели около красиво наряженной ёлки, налили чего-то с пузырьками, я начал произносить какой-то тост, но папа всё испортил – перебил меня и стал говорить, что раньше было лучше. Тут моё поздравление и захлебнулось. Папу, а вдогонку и меня, накрыла ностальгия. Дело в том, что кафе Bronco (его давным-давно нет) располагалось на Малой Бронной, 4, а во дворе дома номер 2 по меньшей мере лет семьдесят находится жестяная мастерская Театра сатиры. И это притом, что двор примыкает к Театру на Малой Бронной! О как!
В этой мастерской с середины прошлого века и по сей день делают металлические конструкции для всех декораций. Уже не одно десятилетие возглавляет эту контору Андрей. Его можно разглядеть на всех наших «гаражных» видео, он то и дело норовит попасть в кадр. Ну и хорошо – у нас чего только в этот кадр не попадает.
Не могу не рассказать любимую киношную байку. У операторов есть термин «мусор в кадре» – это когда в объектив попала соринка или волос. Тогда съёмку останавливают, протирают линзы и продолжают снимать. Обычное дело. И вот снимается какой-то советский блокбастер с погонями и стрельбой, гадкими преступниками и доблестными милиционерами. На всех фильмах такого рода присутствовали консультанты. Они бдели и следили за достоверностью доблести. Вот и в тех съёмках принимал активное участие милый милицейский генерал. Ему всё было интересно, он постоянно оказывался в гуще событий. Итак, режиссёр даёт команды «мотор», «камера» – съёмка пошла. Вдруг оператор кричит: «Стоп! Мусор в кадре!» Испуганный генерал поднимает руки и говорит: «Ухожу, ухожу!»
