Н.Б.: По поводу волнений на кухне. Однажды мы в Красной Пахре у Гердтов оказались с Инной Чуриковой и Глебом Панфиловым. После застолья мы с Инной вышли в сад, и она мне рассказала о первом свидании с Глебом. Она уже была в него влюблена, но виду не подавала. Он тоже. Позвонил ей, сказал, что сейчас завезёт сценарий. Она начала метаться по дому – никакой еды, кроме нескольких картофелин, не было. Глеб вошёл, сел на кухне, а она, сильно волнуясь, стала чистить картошку. Чистила-чистила, пока не обнаружила, что счистила её до конца. Та же участь постигла и другие картофелины.
М.Ш.: Мне рассказывала Маша Голубкина, что Андрей Миронов, чтобы похудеть, придумал такой способ: в течение дня он подходил к полной сковородке жареной картошки, брал по одной картофелине и ел. Это была диета.
Из бардачка Александра Ширвиндта
Мы с Мишей Державиным как-то затащили Андрюшу Миронова на рыбалку, на речку Пахру. Он набил багажник своей «Волги» (ГАЗ-21) жратвой и напитками. Приезжаем на берег, вылезаем, Андрей запирает машину, потом открывает багажник, бросает туда ключи, чтобы были свободны руки, достает удочки и, не успев вынуть основное, рефлекторно его захлопывает. Помню, как он, закрывая, начал понимать, что делает, но крышка уже шла вниз и её невозможно было остановить – «А!» – и всё!
Мишка бежит к каким-то знакомым, которые жили неподалёку, берёт проволоку. Поскольку замок багажника этой проволокой открыть было невозможно, ею открывали дверь машины. Долго, просунув проволоку, пытались приспустить боковые стекла. Они чуть-чуть поддавались. Через возникшее отверстие мы пропускали проволоку с хомутиком на конце, стараясь зацепить им ручку двери.
Проникнув в машину, занялись задним сиденьем. Его спинка прикреплялась к дощечке, соединявшейся с багажником. Она была прикручена шурупами из багажника. Чтобы совсем все не раскурочивать, мы аккуратно вставляли в щель топор, расшатывая их. Часа через три, оторвав спинку, мы попали в багажник. При помощи фонарика отыскали ключи и наконец смогли приступить к отдыху.
Так как Андрюша был рыбак, мягко говоря, относительный, он привычно занялся сервировкой пикника. Начинает сервировать: на земле – скатёрка, всё нарезано, стаканчики, запотевшая поллитровка из сундука-холодильника. Мы подходим, и вдруг скатерть поднимается, всё рассыпается и разливается. Оказывается, под скатёркой лежала коряга. Он случайно наступил на неё, и коряга подняла скатёрку. Мы стали вынимать шпроты из безе.
А.Ш.: Любимый Андрюшин колбасный сыр делали в Риге. Там он был свежий, но, когда доползал до Москвы, превращался в абсолютную жвачку.
