– Мать, да ты что! Делать мне больше нечего, как выяснять, имеются ли спиногрызы у каких-то там подозрительных типов! У меня тут такое!.. У меня два приостановленных дела, и одно в понедельник сдаю в суд. А еще сегодня свежий труп, и начальство, разумеется, повесило дело на меня и, как всегда, потребовало раскрыть быстро по свежим следам. А еще есть «потеряшка», молодой парень… Короче, я вообще не знаю, пойду ли сегодня домой ночевать, а ты…
– Подожди, Андрюша, не поднимай волну! Ты можешь хотя бы разузнать про бывшую жену нашего господина Вострецова?
Мельников немного поутих:
– Ладно, это я тебе разузнаю, но, Тань, честное слово, не нагружай меня сейчас: я тут уже просто зарылся в делах, замотался! Я сегодня и в морге был, и в тюрьме… Нет, мне сейчас хоть пару-тройку дней надо, чтобы немного разгрести эти авгиевы конюшни, иначе мне выговора не миновать, а это, сама понимаешь, лишение премии. Не хотелось бы потерять, пусть и небольшие, но деньги.
– Господи, да какая там у вас премия! Слезы… Ладно, Андрюша, я вижу, ты действительно просто в бедственном положении. Давай, раскопай мне бывшую женушку Геночки, и я от тебя отстану.
– Ну, если отстанешь… Считай, что уже начал копать.
– Все, не буду тебя задерживать. Пока!
Я положила трубку и снова задумалась. Собственно говоря, зачем нам эти детки, Татьяна Александровна? А черт их знает, зачем, просто пришла на ум мысль: у брата с сестрой ни мужа, ни жены, да еще и детей нет! Подозрительно как-то. А люди они небедные, далеко не бедные. И в случае их смерти (не дай бог, конечно, я им такого не желаю!) кому же все это достанется – большой коттедж, квартира в центре, фитнес-клуб да еще гостиница в придачу? Я уж не говорю о машине, которая, подозреваю, у них не одна, и наверняка денежные сбережения имеются. Итак, кому? Детям Геночки Петровича? Наверное, им, если, конечно, заботливый папашка не написал завещание, в котором указал другого счастливца. С поварихой Галей господин Вострецов, как известно, не расписан, да и вряд ли когда-нибудь совершит такой безрассудный поступок: отношения у них, как я сегодня убедилась, временами бывают не самыми теплыми. Так кто же тот счастливчик, который унаследует бизнес и имущество брата и сестры? И почему они горячо спорили сегодня о каком-то наследнике? А Эмме Павловне так вовсе эта тема не в кайф: ругалась она некрасиво, даже материлась. Да и Гена… ворчал, как пес побитый… Значит, эта тема для них обоих не совсем приятная, так?
Впрочем, ответить на этот вопрос сию минуту мне все равно не удастся, так что нечего и пытаться. Вот сейчас доем свой бутерброд, допью кофе и отправлюсь, пожалуй, баиньки, что-то у меня глаза начинают слипаться. А вот когда Андрюша раздобудет для меня сведения…
Утро субботы началось для меня в половине десятого. Посмотрев на часы, я просто обалдела: я давно не позволяла себе просыпаться так поздно, должно быть, сказалась усталость последних дней. Еще бы! Если кто-то думает, что драить трехэтажный коттедж легко и радостно, пусть сам попробует это сделать. Я сладко потянулась раз, другой и, отдернув штору, посмотрела в окно. Солнце светило совсем по-летнему, небо просто ослепляло чистой голубизной. Открыв пошире форточку, я, зевая, пошлепала в душ.
Полчаса спустя я пила на кухне горячий кофе с тостами и снова невольно думала о парочке моих подозреваемых. Что-то они сейчас делают? Ну, Геночка скорее всего помирился с поварихой Галей, и она на радостях кормит его на кухне разной вкуснятиной. А Эмма Павловна небось изволят еще почивать в своей роскошной спальне и гадать: кого из ее молодых любовников пригласить сегодня на ночь? И что подарить своим молодым кавалерам: ноутбук, машину или замок где-нибудь на Мальдивах? Да, похоже, этим двоим совсем неплохо без детей: не надо ни о ком заботиться, ни за кого отвечать…
Мои размышления прервал телефонный звонок, я подошла к аппарату:
– Алло?
– Тань, это я.
Голос у Мельникова был какой-то полусонный, наверное, еще не совсем проснулся, бедняга.
– Доброе утро, Андрюшечка!
– Если оно вообще доброе, – проворчал мой друг.
– Слушаю тебя, дорогой, – пропустив мимо ушей его ворчание, сказала я.
– Значит, так, мать. Бывшая жена твоего Вострецова – Солдатова Маргарита Александровна.
– Это ее фамилия по новому мужу? – предположила я.
– Угадала. Диктую ее адрес…
Я запомнила название улицы и номер дома, куда мне сегодня предстояло отправиться, от души поблагодарила моего друга за помощь и начала собираться. Ладно, не удалось проникнуть в подвал, сделаем это чуть позже, не критично. А пока займемся родственничками наших подозреваемых и выясним хоть что-то насчет их наследников.
