Заряд в этой крошке будь здоров. Пришлось немного вспомнить теорию из своей прошлой жизни и усовершенствовать то, что нашлось в арсенале. Дарить новые средства уничтожения этой эпохе я не собираюсь, да и не так хорошо разбираюсь, чтобы воспроизвести, например, плазменную пушку или ионный излучатель, хотя его уже изобрели.
Но вот такую игрушку слепить очень даже могу.
Пора разобраться с ложным идолом.
По виску Змея текла капля пота.
Выиграть время не получалось. Только жалкие секунды.
Он постарался успокоиться — не легкое занятие, когда прямо за дверью орут люди, мечтающие разорвать тебя на куски.
Так, посмотрим. По виду эта штуковина вообще не отличается от обычной детской игрушки. Кубик-рубик, мать его. Блестящий и покрытый непонятными знаками. Четыре стороны. Каждая три на три детальки. Девять на одну сторону… Тридцать шесть в общей сложности.
Кажется, что немного. Но на самом деле комбинаций из такого количества цифр можно собраться… да хрен его знает, сколько! До фига, короче.
Если подумать, то правильно выстроенные символы — это код, который запускает определенную программу. И если эта штука может отматывать время назад, то нужно понять, где здесь цифры, определяющие, сколько именно надо отмотать.
Бам! Бам! Бам!
Это Клык не унимался и продолжал долбить цепной кошкой по доскам.
Занятие бесполезное. Эти двери тоже из иггдрасильского ясеня, как и городские ворота. Но по мозгам удары долбили сильно. У Змея уже начиналась мигрень. Концентрироваться в такой обстановке тяжеловато.
Покрутив кубик и так, и эдак, желтоглазый чуть не отшвырнул его. Психанул. Ничего не выходило. Хорошо еще, что его «товарищи» пока не раздобыли взрывчатку или ракетомет. После боя припасов мало осталось. Но они найдут, Змей не сомневался.
По-хорошему, чтобы обсчитать все комбинации, нужен искин с мощным квантовым процессором. Его собственный мозг с такой задачей не справится.
Значит, какой бы заманчивой ни была идея вернуться в момент до начала атаки, от нее нужно отказаться. Больно, тяжело, но сейчас Змей не выигрывает время, а теряет.
Подняться на ноги получилось не сразу — раненое и уставшее тело шевелиться не хотело.
Сунув гиперкуб в сумку, сверженный лидер над лидерами побрел вглубь сокровищницы.
По каменным стенам тянулась его длинная тень.
В жаровнях потрескивал огонь.
«Может, отсюда есть другой выход?» — размышлял Змей.
Помещение имело внушительные размеры. Сюда запросто могла поместиться дюжина Цвергов. В центре громоздились ящики с ценным грузом.
Обойдя сокровищницу по периметру, Змей действительно обнаружил дверь. Запертую и такую же массивную, как входная. Он не ждал, что ему откроют, но все же несколько раз ударил в полотнище кулаком.
Тишина. Никого с той стороны. Видимо, даже охрана посчитала оборону города более важным занятием, чем охрану сокровищ.
Развернувшись, Змей посмотрел на товар.
Шея прела, он запустил пальцы в курчавую шевелюру и взлохматил ее.
И тут пришла мысль.
Змей подошел к ближайшему ящику — из массивных. Забрался на соседний — не такой высокий. Достал армейский нож и начал отдирать крышку. Когда гвозди вышли, он ее отбросил. Внутри обнаружилась другая упаковка — пластиковая и очень плотная.
Фирменная. Она больше походила на контейнер. Да, именно в таких транспортируются погрузчики и другие механизмы. На контейнере стояла эмблема «Техноса».
Отколупав бочину ящика, Змей освободил содержимое.
Нажал на кнопку открытия. Заработали моторы, и упаковка разъехалась.
Как Змей и подозревал, внутри оказался вовсе не погрузчик.
Медные блики от огня заплясали на массивных пулеметах.
А на губах Змея заплясала улыбка.
Роза продолжала сжимать глотку Живоглота лианами.
Чудовище дергало башкой и пыталось избавиться от силков.
Я пытался улучить момент для броска, но не выходило. Рывки слишком стремительные и хаотичные.
— Роза! Лови бомбу! — закричал я.
Девушка сразу же обратила на меня взгляд. Замахнувшись, я швырнул взрывное устройство в сторону головы монстра. Пара лиан обвила его налету.
— Запихни его в пасть змею! — крикнув это, я достал детонатор, откинул защитный колпачок и приготовился вдавить кнопку.
Но Розе не удалось реализовать мой план.
Живоглот поднатужился.
Зеленые веревки затрещали и разошлись на волокна.
Кобра расправила капюшон, а дриада с криком слетела с чешуйчатой головы.
Единственный плюс, что вся эта кутерьма нарушила душевное равновесие чудовища. Живоглот рванул прочь, оставляя покалеченного динозавра в покое. Проскользив по луговине, он ринулся в озерные воды.
Последовали брызги и встревоженные возгласы тойгеров.
Спрыгнув с хребтины трицератопса, я поспешил к Розочке.
Девушка распласталась в траве. Ее лианы безжизненно валялись вокруг. Из обрубков вытекал зеленый сок.
Я с налета опустился рядом, подхватил ее сгибом локтя под шею и плечи. Похлопал по щекам. Ресницы затрепетали, дриада раскрыла глаза.
— Больно, — прошептала она. — Очень больно…
— Держись, — я подхватил девушку на руки и понес к трицератопсу.
