Джейн видела: пока они ехали, Калеб становился все беспокойнее. Он не знал, куда деть руки. В салоне машины было достаточно прохладно, но он зачем-то полез в настройки климат-контроля.
– А ты уверена, что нам туда надо ехать? – наконец спросил он.
– Конечно. Люди специально соберутся, чтобы посмотреть передачу с твоим участием.
– Ну и пусть смотрят. А мы что, не могли включить «ящик» у себя дома?
– Мы просто обидим мистера Зиглера, – покачала головой Джейн. – Он столько сил ухлопал. И не только сил.
– Новый телевизор купил, что ли?
– Бери выше. Не просто телевизор, а проекционный. И большой экран, который он повесил на складе.
– Ты что, шутишь?
– И не думала. Он сказал, что поставит стулья, как в зрительном зале. Будет угощение. Он даже пообещал выставить несколько ящиков пива для ребят. Они все очень горды тобой.
– Кто они? Я думал, ты говоришь только о складских рабочих и водителях.
– Нет. Там будет Джереми. Он приведет ваших друзей-музыкантов. Они все были на твоем концерте, который я тогда сняла и отправила с заявкой на прослушивание.
Калеб вздохнул и повернулся к окошку.
– Малыш, я еще никогда не видела тебя таким робким. Не понимаю, какие у тебя причины волноваться?
– С чего ты взяла, что я волнуюсь?
– Волнуешься. И по-моему, совершенно напрасно.
Джейн въехала на стоянку склада. Для сегодняшнего торжества она испекла шоколадные кексы. Коробка с ними лежала на заднем сиденье. Калеб вышел с таким видом, будто все это его никак не касалось. Джейн решила больше не пытаться его успокаивать.
Стоянка тонула в сумерках. Зато из открытых дверей склада лился яркий желтый свет. Джейн не раз обсуждала с мистером Зиглером планы по устройству этого торжества, но увиденное превзошло ее ожидания.
Помещение склада было украшено разноцветными воздушными шарами. Другие шары – серебристые, в форме букв – изгибались аркой, образуя слово «ПОЗДРАВЛЯЕМ!» На стене висел громадный баннер с надписью: «С ВОЗВРАЩЕНИЕМ!» На столах было разложено угощение. Рядом стояли кулеры с газировкой и пивом. К верхним полкам боковой стены мистер Зиглер прикрепил большой экран. На крыше погрузчика стоял проекционный телевизор, провода от которого тянулись в кабинет мистера Зиглера.
Джейн поразило обилие гостей. Рядом с мистером Зиглером стояла женщина. Скорее всего, его жена. Часть лиц была Джейн знакома. Других она видела впервые. Наверное, тоже музыкальные друзья Калеба. Или друзья друзей. Увидев вошедшего, все на мгновение умолкли, после чего разразились аплодисментами и громкими приветственными криками.
Джейн и представить не могла, что Калеб так густо покраснеет и смутится. К счастью, его скованность быстро прошла. Он бросился пожимать руки и обниматься со всеми. Джейн шла за ним, горделиво улыбаясь, обеими руками держа увесистую коробку с шоколадными кексами.
– Парень, мы знали, что ты добьешься успеха, – сказал мистер Зиглер, похлопывая Калеба по спине. – Ты прошел в финал, и это здорово. Высший класс! А ведь поначалу вас там было сорок. Когда ты станешь знаменитым, я закажу пивоварам создать эксклюзивный сорт пива с твоим портретом на этикетке. Поверь мне, бутылки этого пива будут хватать, как горячие пирожки. Даже два сорта. Второй – безалкогольный, для непьющих. – Мистер Зиглер повернулся к Джейн. – Джейн, спасибо, что вы оба приехали. Никак вы еще и угощение привезли? Очень щедро с вашей стороны. Познакомьтесь с моей женой Эйприл. Кажется, вы еще не встречались.
– Наконец-то я вижу ту, кто регулярно кормит моего мужа ланчами, – улыбнулась Эйприл. – Он говорит, что успел потолстеть на несколько фунтов.
Джейн тоже улыбнулась:
– Я с детства знала: чтобы попасть в замок, вначале нужно накормить тролля.
– Причем это на редкость прожорливый тролль, – подхватила миссис Зиглер. – Свое любимое миндальное печенье я вынуждена прятать в сушилке, поскольку прачечная комната – единственное место, куда он не заглядывает.
– Теперь обязательно загляну, – по-детски обрадовался мистер Зиглер. Он повернулся к Калебу. – Калеб, мы ждем от тебя подробного рассказа, так сказать, из первых уст. Джейн описывала все лишь в общих чертах. Расскажи, как пробивался в финал.
Все, кто здесь был, сгрудились вокруг Калеба.
– Сегодня покажут первый из серии двухчасовых репортажей, – сказал он. – Но вам необязательно каждый раз приклеиваться к «ящику». Я был бы счастлив, если бы мы сегодня здесь просто собрались, без всякого просмотра. Насколько я знаю, на каждой из ближайших недель будут идти по два репортажа. Вы услышите исполнявшиеся песни и увидите, как проигравшие уходили со сцены.
– Для нас главное, что ты дошел до финала! – воскликнул Джереми, потрясая запотевшей пивной бутылкой.
– Дойти-то я дошел, – ответил Калеб. – Но в финале мне придется петь дуэтом.
– Дуэтом? – Джереми чуть не поперхнулся. – Насколько помню, ты всегда любил выступать один. Ты сам говорил: единственный дуэт был у тебя еще в Сиэтле, в клубе «Шарк». Там какой-то придурок прорвался на сцену и вякал, считая, что поет с тобой на пару.
Калеб пожал плечами, словно показывая: да, друг, таковы издержки нашего ремесла.
