— Вы говорите, что тьма надвигается с востока?
Яровой проговорил:
— Да нет же. Я совсем другим озабочен. Если вы хотите, чтобы я организовал оборону вашего порта, то необходимо эвакуировать оттуда всех этих нищих, заселивших трущобы на самом берегу возле пирсов. А сами трущобы надо снести. Иначе, при высадке противника, грозит очень большой пожар, в котором может сгореть и весь остальной город. Ведь неприятель не станет церемониться. Да и мы тоже будем стрелять зажигательными по их кораблям. И мне не хотелось бы, чтобы несчастные оборванцы зря погибали целыми семьями. Потому надо немедленно их всех оттуда отселить.
— Но, куда же я их отселю? — удивился Пангеран.
— Куда хотите. Хоть к себе во дворец. Но, отселить их из предполагаемой зоны боевых действий надо обязательно.
Капитан-лейтенант Федор Яровой устроил свой штаб в городе не в деревянном султанском дворце, а в индуистском храме бога-слона Ганеши. Сооружение выглядело очень старым. После принятия ислама султаном Таракана, оно казалось совсем заброшенным. Так и было. Ведь местные жители с тех пор боялись поклоняться прежним богам под страхом смертной казни. Они опасались даже подходить к этому храму, отчего вокруг его основания буйно разрослись травы, а лианы устремились вверх по стенам, разрушая кладку.
Установив своим указом ислам вместо индуизма, Анджи Пангеран собирался отдать приказ разобрать этот старинный храм. Султан предполагал, таким образом, не только стереть память о старой вере, но и собирался использовать камни храма для строительства дозорных башен. Вот только Пангеран не успел этого сделать, потому что и без того забот у него все время хватало, да и мастера, хорошо умеющие работать с камнем, в городе отсутствовали. Потому все постройки в Таракане делали из дерева, бамбука, да пальмовых листьев. Храм Ганеши был таким древним, что имена тех, кто построил его, никто и не помнил. И искусство подобного строительства местные жители давно утратили.
Тем не менее, именно этот храм являлся единственным каменным зданием города, кроме посольств Брунея, Сулу и Минданао, выстроенных возле порта иностранными мастерами. Пусть и очень старый на вид, обветренный и с трещинами кое-где, все-таки он был прочным и высоким, напоминающим толстую башню вычурной ступенчатой формы с многочисленными архитектурными излишествами, с барельефами, изображающими слонов и людей в странных переплетениях с растительными орнаментами. И эта необычная башня возвышалась на двадцать метров. А, поскольку, все это место, где располагалась главная городская площадь, стоял султанский дворец, мечеть и старый храм, было приподнятым над уровнем моря еще метров на двадцать, наверху каменного строения получался отличный наблюдательный пункт, с которого просматривались весь город и порт. Потому Яровой и вытребовал у Пангерана этот храм себе. Расчистив с помощью своих морских пехотинцев дозорную площадку на самом верху от птичьего помета и прочего мусора, он приказал водрузить там красное знамя, объявив тем самым всему населению столицы султаната Таракан с одноименным названием, что город находится под защитой советской власти.
Пулеметчики Григорий Петров и Илья Доренко, получив приказ установить пулемет наверху старинного сооружения, рассматривали необычный город, который распростерся вокруг них. В отдалении виднелся порт. В его гавани и у причалов стояли корабли разных форм и расцветок: небольшие катамараны, галеры с многочисленными веслами и парусники. Между ними по акватории сновали маленькие весельные лодчонки. А прямо вокруг того места, где находились Петров и Доренко, расположился на небольшой возвышенности городской центр.
Кроме главной площади, вымощенной булыжниками, с большими деревянными строениями, с дворцом, огороженным стеной с довольно высокими башенками, и с мечетью с высоким минаретом, все остальное городское пространство до порта выглядело просто большой деревней. Повсюду торчали островерхие посеревшие за годы двускатные крыши, покрытые пальмовыми листьями, выгоревшими от времени, но переплетенными так плотно, что, будучи намазанными глиной достаточно тщательно, они много лет подряд защищали жителей от тропических ливней, которые случались в этих краях в сезон дождей постоянно. А ради защиты от бурных потоков воды, которая при особенно обильных атмосферных осадках, каковые тоже бывали раз или два в году, смывала все на своем пути, здешние дома строили приподнятыми на сваях метра на полтора, а то и на два. Поскольку тропический климат позволял обходиться без отопления круглый год, то даже стен в жилищах здесь не делали. Их успешно заменяла та же плетенка из листьев пальм, а сами дома поэтому напоминали одни лишь мансарды, поставленные на сваи.
