Фося оценочно посмотрела на костерок, на две вычищенные рыбы в тени.
— Так, ну ты тут вижу, рыбой занимаешься. Тогда я пойду искать что-нибудь еще, — и отбежав к «тканевому саркофагу», она взяла с собой кусочек ткани, подбежала к Бархат и из сумки на седле, со, звяканьем цепочки, достала, поблескивающий ножнами, кинжал.
— Что-нибудь еще? — переспросила Эрс, оторвавшись от костра, взглянув на собеседницу.
— Да, ну знаешь, на зеленеющих равнинах гор можно отыскать и можжевельник, и мхи, корешки, если повезет, ягоды. Ладно, — она повесила ножны на цепи, поверх брюк и отдернув рукава рубахи, отправилась в путь. — не буду задерживаться!
Бархат, заметив уходящую гостью, вытянула золотистую шею, с опаской принюхиваясь к Фосе, словно пытаясь понять, куда отправляется наездница. Фоська смерила лошадку странным взглядом, но заметив, как мордочка отпрянула, вновь спрятавшись в тени ели, подошла ближе и хорошенько потрепав, словно смущенную, лошадь, воскликнула: «Я не на долго!», — и скрылась за деревьями и землистым подъемом. Бархат фыркнула, потряхивая косичками, видимо не довольная таким видом общения.
— Так, какой у нас план? — Шараф, в сухой, сменной, но ничем не отличающейся от окружающих, одежде, укутавшись в шерстяное одеяло, сидел у костра, пожевывая Горящий корень.
В свете дневного солнца гребень, лапы и хвост казалось, приобрели обычный оттенок. Все надеялись, что Фося сделала все правильно, выдав ему, сложенный в аптечку, корешок, посоветованный Карн, (как звали ее сестру), для подобных недавнему, случаев.
Над полыхающим костерком готовилось две рыбы, подвешенные на ветки. Фося еще долго негодовала, когда поняла, что заготовленные шампуры пропали в водах окончательно.
— Мы пообедаем, соберем остатки еды и тронемся в путь, — ответила Эрс, под шорох иголок, пронизанных лучами, готовящегося покинуть небосвод, солнца.
— А она что-нибудь скасала про ночлег?
— Нет, забежала всего на минуту, сбросила корни и несколько мелких ягод и вновь исчезла, — Эрс указала на маленькую кучку корешков на ткани. — Возможно, придётся заночевать под ночным небом.
В скором времени Фоська прибежала и узрев костер, кинулась к ним с призывами снимать рыбу с костра, заканчивая «чаевничать», хотя никакого чая у них и не было. Отвязав лошадей, а следом и ослов от ели, она повела их к реке, кое-как напоив, а после, выжарив корни, по вкусу напоминающие пресный имбирь, они быстро перекусили и собрав остатки, прибравшись, вновь оседлали лошадей, поднимаясь по земляному склону, выходя на дорогу, все той же вереницей.
Путь был не долог. Солнце пряталось за, окружающими путников, зеленными возвышенностями, укутанных лесом. Трава остывала после жаркого дня, окутывая воздух запахом полевых цветов. Где-то впереди виднелись снежные вершины на, еще оранжевом, небе, медленно перекрашивающемся в сиреневый цвет, отпускающем из рук солнце и готовящимся рассыпать звезды, вознеся луну.
Самчиш медленно тащился по морю колышущейся зеленой травы, усеянной фиолетовыми, желтыми и редко красными, пятнышками. Высокая трава шуршала об копыта. Прогретое солнцем седло уже не ощущалось и пахло лошадью, как пахнут домашние животные, чем-то не определимым, уникальным и родным. Покачивания, при каждом шорохе копыт о траву, стало привычным, как и редкое потряхивание темной гривой и шуршание соломенного хвоста о шерсть. Пофыркиванием вереницы лошадей и рев ослов уже не так замечались и казалось, сливались с шорохом травы под порывами ветра.
— Фося, — Шараф так и не снял с себя шерстяное покрывало (точнее, этого ему не позволила сделать главный «лекарь»), на этот раз пожевывая какой-то очередной лечебный лист, от которых сам уж давно устал. — почему мы не можем саночевать сдесь?
Что за странный вопрос? Просто, Фося уже который час отвечала ему, что они до сих пор едут, потому что ищут хорошее место для ночлега, хотя на самом деле, как поняла Эрс, Фоська просто ближе подходила к снежным вершинам, чтобы завтра сократить путь. Или же она просто испытывала их терпение. В любом случае, искать ночлег не было ее целью.
— Ну логично, мы не можем лечь на траве, привлечем много внимания, особенно разведя костер. Нам нужен лес, — ответила Фося и послушав ее, Сертан поник и лег на шею, стойко переносящего невзгоды, Альпа.
— Я голодный, — промямлил Шараф. — И ты голодная. И Эрс тоже голодная.
— С чего ты это взял?
Шараф резко поднялся, под позвякивание колечек на уздечке коня.
— А скаши мне, когда мы в последний рас ели?
Фося замолчала, судя по всему, мысленно пересчитывая пройденное время с момента разведения костра.
— Ну, мы достаточно стойкие, чтобы продержатся еще минут… минут десять.
— Ну нет! — Шараф, звякнув, дернул поводья, остановив Альпа.
Самчиш чуть не столкнулся с конем, вовремя остановившись. Эрс, рассматривая окружающие их леса, всматриваясь в, словно сияющее, свечение в темноте лесов, почувствовав отсутствие покачивания отвлеклась, осмотревшись.
