Та, как по приказу, неистово заискрилась. Хранители закрыли капюшоны и отпрянули назад, а призраки склонили головы. Казалось, Смерть побледнела еще больше, если такое вообще было возможно. Агнесса остановилась. За ее спиной сияло облако — душа Амаранты.
— Я видела двери в белом коридоре. И, хоть не могу объяснить, но мне понятно, как здесь все устроено. Наследница не Диана, а я.
Лицо Смерти искажала ненависть и ярость. Рот безобразно кривился, глаза полыхали огнем, руки сжимались в кулаки. Бруно сделал жалкую попытку загородить собой любимую, но отлетел в сторону. Хранители двинулись на него, но призраки в одно мгновение выстроились вокруг в защитный купол.
— Я убью тебя! — завопила Смерть и так стремительно подлетела к Агнессе, что та не успела и ахнуть.
В защитном жесте она скрестила перед собой руки и уронила ленточку. С земли поднялась голубая волна, закружилась и обхватила Смерть. Агнесса попятилась, сделала несколько шагов и упала. Смотря на происходящее с земли, она лишь могла открывать рот в изумлении. От волны отделилась узкая полоса, похожая на стрелу, поднялась в воздух и пронзила сияющее облако. Две части одного целого стремились друг к другу с силой, которую ничем нельзя было остановить. Прошло мгновение (или целая вечность), и душа Амаранты сомкнулась с телом. Яркая вспышка больно ударила по глазам. Агнесса вскрикнула и зажмурилась.
Тишина. Когда глаза открылись, лес стоял, будто ничего и не было. Агнесса поднялась и тут же очутилась в объятьях Бруно. Он прижимал ее к груди так крепко, что стало тяжело дышать.
Хранители и призраки выстроились в два ряда по обеим сторонам и преклонили колено перед новой Госпожой. Прошлая Смерть рассеялась дымом на ветру.
— Ты победила, — выдохнул Бруно.
— Еще нет. Пока Диана не выполнила свою часть, — Агнесса задумчиво теребила косу.
— Но мы можем ей помочь.
***
Зачем это? Какая разница, чем все закончится, если ее судьба предрешена? Диана до сих пор летела в пустоте. Она словно оказалась в космосе и просто парила в невесомости. Будто упала в кроличью нору.
— Диана, вставай! Давай же! Ты должна бороться!
Издалека звучал знакомый мужской голос. При его звуке в душе поднимались тепло и нежность. Макс.
— Диана, прошу тебя!
Он изо всех сил пытался докричаться до нее. Но зачем? Борьба потеряла смысл. Всю жизнь, с самого детства Диана стремилась сама все контролировать. Во всем полагаться только на себя и свой выбор. Она так гордилась этим, а оказалось, что контроль — лишь иллюзия. Мираж, оптический обман. Ничего она не могла выбирать. Все было навязано какими-то высшими силами. Диана думала, что плетет свою судьбу, в то время как кто-то невидимый и могущественный путал нити. Хватит. Пора сдаться. И это уже точно ее выбор.
— Ты нужна мне! Ты так нужна мне! Молю тебя!
Сдаться. Пора сдаться. Но голос... Такой родной, такой любимый…
— Открой глаза! Заклинаю.
Ресницы распахнулись. Диана лежала на острых камнях в незнакомом месте. Вокруг только грязь и уродливые сталактиты над головой. В носу неприятно свербело от запаха сырости и плесени. Очень напоминало пещеру йошо, но здесь было светлее.
— Диана? Ты очнулась?
Она приподнялась на локте и не поверила своим глазам.
— Макс! Ты здесь!
Она вскочила и поспешила к нему, но вдруг остановилась.
— Нет. Это не можешь быть ты. Откуда?
— Я… Я не знаю. Когда открыл глаза, уже был тут. А потом ты вдруг возникла из ниоткуда. Я так обрадовался!
Диана протянула руки к мужу.
— Почему ты не подошел ко мне?
— Я не мог. Проклятый амулет… Он будто прозрачную стену вокруг тебя построил. Как бы я хотел сейчас обнять тебя.
Мимика, жесты, манера говорить — все было таким же, как у Макса, и в тоже время неуловимо отличалось.
— Амулет. Он мучает тебя. Отдай его мне, прошу.
— Отдать? — Диана прищурилась. — Ты же знаешь, без него я сразу умру.
— И пусть. Посмотри на себя. Ты стала старухой. Твое лицо, — на лице Макса смешались жалость и отвращение. — Ты вся в морщинах, осунулась, волосы седые. Да взгляни хотя бы на свои руки! Разве такую жизнь ты хотела? Жить в образе древней старухи?
Диана посмотрела на руки. Они действительно сильно постарели. Кожа была дряблой, ярко выступали кости, а ногти стали длинными и острыми, будто их специально заточили. Диана потрогала лицо и поняла, что сказанное — правда.
— Убедилась? Зачем нужна такая жизнь? Отдай мне амулет. Я прошу сдаться, потому что люблю тебя.
«Люблю тебя». Макс бы так никогда не сказал. Иллюзия. Марга предупреждала.
— Почему ты не забрал его сам? — спросила Диана, одергивая руку.
— Шутишь? Я не могу, — проговорил Макс возмущенно, почти прокричал. — Это же амулет Смерти. Никто не может взять его, пока ты сама не отдашь.
— Древнейшая нингё! Почти получилось, но я умнее, чем кажется.
Образ Макса растекся акварельным пятном. На месте, где он стоял, осталось лишь…зеркало?
