— Это деньги, Велихов! — расставив руки на столешнице, испепеляя взглядом самоуверенного засранца, очевидными фактами и крайне нехорошим тоном бью. — Твоя зарплата, например. Премия, рейтинг, бонусные очки и положение на добровольно выбранном поприще…
— Можешь не платить! — буквы произносит, словно воздух разрезает. — Я…
— В чем дело, Петька? Чего ты завелся?
— Сегодня выходной, а ты пришел ко мне в дом с утра пораньше с профессиональными нравоучениями. Я не мальчишка, которому ты можешь предъявлять претензии. Дело закрыто — клиент убрался восвояси. В следующий раз трижды подумает, прежде чем организовывать дешевое представление. Я не в обиде на Мантурова. Егор все в установленном порядке, согласно процедуре, разрулил. Мы разошлись друзьями. Зачем ты здесь?
Мельком замечаю, как он заглядывает мне через плечо. Следит за Тоней, ищет, глаз с нее не сводит, испепеляет, буравит, кровь себе разогревает, да он башку сейчас себе свернет, если девчонку не взнуздает.
«Да чтоб меня разорвало!» — откидываюсь на невысокую спинку стула и разумом выкатываю миленькую догадку. — «Он ее… Пасет и женского внимания ищет?».
— Вы в отношениях с Тосиком? — выдаю вполне разумное предположение.
— В некотором роде, — нервно передергивает плечами, а затем, посмеиваясь и не давая мне сосредоточиться и принять к сведению его первое утвердительное предложение, более конкретно разворачивает свой ответ. — Она мой работодатель на выходные дни и пятничные вечера. Я продавец в ее шоколадном магазине. Реализатор сладкой продукции, которую, между прочим, могу и произвести.
Чего-чего? А жизнь все-таки полна неожиданностей! Не могу представить — а не то чтобы поверить — то, о чем он только вот сказал. Мой сын — не тунеядец и не лоботряс, конечно, он очень самостоятельный, по-мужски способный к кухне, однако это же десерты, выпечка и шоколад… Велихов — доморощенный кондитер? Первый в роду и моей семье.
— Как это понимать? — вкрадчивым, почти издевающимся тоном, спрашиваю у него.
— Я прошел ее выдуманные курсы, как будто даже сдал экзамен и получил одобрение членов тройственного союзница недотраханных, но с небольшим пробегом, баб. Поименно каждую назвать?
— Смени этот тон и не утруждайся. Все уже понятно. Они решили тебя в оборот взять? У вас, друзья, по-прежнему в заднице играет дурь. Ты слышишь, что я говорю? Петь?
Стоит столбом и полосует взглядом вид, который недоступен мне, ведь я сижу спиной к тому, что там, немного дальше, происходит. Однако я не связан по рукам и по ногам, а значит, имею право пару раз, одним глазком… Намереваюсь повернуться и свое желание тотчас же реализую.
Перепуганная женская мордашка юркает угрем за угол, а ее хозяйка глубоко вздыхает и быстро несколько раз «мамочку-мамочку» всуе вспоминает.
— Дай свои вещи, пожалуйста. Или…
— Обойдется! — выдает, тренируя баритон. Горланит и увеличивает звук — запугивает Нию или предупреждает о том, что здесь опасность и ей не стоит высовываться, чтобы обнаженкой на кого-нибудь нечаянно, как в западню, не попасть, и на большие неприятности не нарваться.
— Опять?
— Что? — шипит и переводит на меня свой взгляд.
— Да ничего. Все ясно и понятно. Я все-таки Сергея предупрежу на всякий случай, что деточки решили стариной тряхнуть.
— Что ты хотел? — выставляет руки на стол, вытягивает шею и, как удав, почти бессмысленно, но в то же время гипнотизирующе, таращится, выпучив безумные глаза.
— Планы на праздники изменились, Петя.
— Замечательно. И что?
— Ничего. Просто…
— Исходя из прослушанной информации я свободен на неопределенное количество дней? Я правильно принял твой посыл?
— Мы с матерью не сдерживали тебя. Ты, видимо, плохо спал или не проснулся. Сашка валит на рыбалку со своей компанией, мы планируем поездку в лес. А ты…
— Мы соберемся здесь — Смирновы и Велиховы, как в старые добрые времена.
— Ты будешь один…
— И что? Я Мантурова приглашу. Он очень рьяно и назойливо напрашивался.
— Да ничего.
Я просто чисто для себя уточнил! Четыре очаровательные малышки и чем-то взбудораженный сынишка. Хотя… Муж Дарьи, спокойный Ярослав, затем, возможно, Костя Красов, необыкновенно ухаживающий за Юлей, и Мантуров Егор, сын моего делового партнера и, по всей видимости, единственный друг мужского пола, оставшийся в закромах раздувающего ноздри, взбесившегося от моего внезапного прихода мальчишки. Их будет четверо мужчин на четверых малышек, две из которых заняты и имеют маленьких детей, одна к тому же окольцована.
«Хоть бы не подрались черти — только об одном молю» — мечтательно растягиваю рот улыбкой. — «Удачно все сложилось. А то я, уж было, стал переживать, что не по родственным понятиям кинул на семейный праздник собственного сынка».
Откровенно говоря, чересчур неловкая ситуация и угнетающая обстановка царит в квартире, которую Петя отменно, чего греха таить, обновил. Озираюсь, изучаю перепланировку, которую он тут соорудил. У него есть вкус, достаток и желание. Очень жаль, что с личным у парня не сложилось. Но… То ли еще будет.
