Вдалеке виднелась цепь одинаковых гор. Вершины их были слегка припорошены снежными шапками и создавалось впечатление, что компания в форменной одежде коричневых и белых цветов, с чёрными и синими вкраплениями вышла на прогулку и остановилась перед скованным льдом и усыпанным лёгкой порошей небольшим озером. Комиссар запустил на левом браслете поиск живых форм и моментально получил ответ об обнаружении таковых – в горах кто-то жил. Идти пришлось долго. К счастью для комиссара, под снегом оказалась твёрдая поверхность и шагать по ней было легко. Иногда ему встречались небольшие – в половину его роста камни, стоящие то по одиночке, то по двое, то небольшими группами. Он обходил их и шёл дальше. Уже подходя к озеру, он заметил странные застывшие образования на его поверхности. Фигуры больше всего походили на поднятые сильным волнением и ветром высокие волны, ставшие в один миг по мановению руки неизвестного безумного скульптора ледяными статуями. На их гребнях хорошо различались застывшие пузыри и пена, а на фронтах волн виднелся вмёрзший в лёд мелкий планктон.
«Планктон, – скривился комиссар, вспомнив напавшего на него робота под управлением модифицированного протобиома. – Гадость!»
Заключённый в ледяном плену сгусток словно услышал его мысль и посмотрел на него своим многочисленным взором. Комиссару стало не по себе, захотелось достать дефазировщик и уничтожить все эти жуткие фигуры. В последний момент, усилием воли он всё же остановил руку, уже потянувшуюся к держателю на поясе, и ускорил шаг, чтобы побыстрее покинуть этот мир застывших фигур со множеством глаз и лиц. Когда те остались далеко позади, а его ноги ступили на каменную поверхность берега, он облегчённо выдохнул:
«Никогда бы не подумал, что простые застывшие волны могут так напугать меня!»
«Мне показалось, – улыбнулся Теф, – что они и сами перепугались, особенно когда ты потянулся за дефазировщиком…»
«Кто они? Волны?!»
«Это не волны, – уверенно заявил Теф. – Это местные жители. Давай за ними понаблюдаем!»
Комиссар устроился на близлежащем камне и стал смотреть на застывшие волны озера. Казалось, ничего не происходит, но через примерно полчаса он заметил небольшие изменения и поделился этим с Тефом:
«Может я уже выдаю желаемое за действительное, но мне кажется, что волны немного сдвинулись…»
«Не только сдвинулись, – согласился с ним Теф, – но и изменили форму. О! Смотри, вот сейчас! Сейчас!»
Комиссар увидел, как одна из застывших фигур накренилась и упала, разбившись на мелкие льдинки. Осколки застывшей волны стали медленно двигаться друг к другу и собираться в ледяную полусферу. Вскоре на её поверхности появился гребень из пены, она начала подниматься и формировать волну из льда. Всё действие заняло около часа, но Поляков не мог оторвать от него глаз:
«Потрясающе! Никогда такого не видел!»
«Вот и я о том же, – кивнул Терафим. – Мир полон чудес! Кстати, тот на ком ты сидишь, уже хотел бы пойти дальше».
«Ты о камне? – удивился комиссар. – Или о чём-то другом? Я здесь больше никого не вижу».
«О камне, конечно. О ком же ещё!»
Комиссар встал с валуна и недоверчиво на него посмотрел.
«Он попрощался с тобой, – серьёзным голосом произнёс Теф. – И попросил прощения за то, что вынужден тебя так быстро покидать».
«Ну, право, не надо извинений, – улыбнулся комиссар, так и не поняв разыгрывает его Терафим или нет. – Мне и самому уже было пора».
Поляков ухмыльнувшись кивнул головой камню и зашагал в сторону уже близкой горной гряды, у подножия которой должны были обитать местные формы разумной жизни. И чем ближе он приближался к горам, тем явственнее становился низкий рокот и гул. Даже голос Терафима мерк на его фоне. Гул то нарастал, то снижался, то немного менялась его тональность. Вскоре комиссар догадался, что изменение тональности и громкости гула, как-то связано с направлением его движения:
«Если тропинка в лесу Полии ориентировалась на мысли идущего, то здесь меня ведут с помощью такого вот гула».
Тональность выше и громче означала, что он движется в неправильном направлении, а низкий и ровный гул говорил ему о верно выбранном пути.
На ровной площадке с множеством небольших камней гул неожиданно стих. Поляков остановился и увидел в одной из гор пещеру. Площадка перед ней была ровной и чистой. Комиссар обошёл ближайшие ко входу окрестности, но всюду были лишь камни, и никаких следов жизнедеятельности – ни костей, ни мусора.
«Теф, анализатор формы жизни говорит – нам нужно идти в пещеру, – комиссар задумчиво потёр правый браслет. – Что думаешь? Есть там кто?»
«Босс, – голос Тефа зазвучал чисто и звонко, – в пещере никого нет. Но нам – туда».
Поляков остановился около входа – внутри его могла ждать ловушка, но анализатор не выдавал никакого предупреждения об угрозе. Комиссар собрался, на всякий случай положив левую руку на дефазировщик, а правую немного вытянув вперёд, и вошёл внутрь.