— Что у нас с глубиной? — поинтересовался Роберт Хант у буровика.
— Только что прошли шесть тысяч футов, сэр. Остановиться?
— Нет. Продолжайте. Я доложусь. Дерните меня, когда будет шесть с половиной.
Пройдя свыше мили, они не обнаружили ничего, кроме льда, — точь-в-точь как на последних четырех буровых участках.
Запахнув парку поплотнее, Роберт направился от массивного бурового полка к своей полевой палатке. Миновал по пути еще одного рабочего. Хотел что-то ему сказать, но не мог вспомнить, как его зовут. Два человека, которых ему выделили, всё помалкивают; ни один почти ничего не поведал о себе, но оба трудолюбивы и совсем не пьют — лучших буровиков в экстремальных условиях и пожелать нельзя. Наверное, работодатель скоро опустит руки. Скважина номер пять выглядит совсем как четыре до нее — ничего, кроме льда. Но весь этот материк — циклопическая ледяная глыба. Роберт вспомнил, как где-то читал, что Антарктика хранит девяносто процентов мировых запасов льда и семьдесят процентов запасов пресной воды. Если взять всю воду на свете — из каждого озера, пруда, ручейка и даже из всех облаков, — не наберется и половины того, что заморожено в Антарктиде. Если весь лед растает, мир неузнаваемо преобразится. Море поднимется на двести футов, целые государства погибнут — а точнее, уйдут под воду, утонут; низменные страны наподобие Индонезии исчезнут с карты. Нью-Йорка, Нового Орлеана, Лос-Анджелеса и большей части Флориды тоже не станет.
Похоже, лед — единственное, чего в Антарктиде в достатке. Что они могут тут искать? Логичным ответом представляется нефть. В конце концов, Роберт — нефтяник. Но оборудование для нефтедобычи совершенно не годится. Не тот диаметр коронки. Для нефти нужен трубопровод. А эти долота делают такие дырищи, что грузовик проедет. Вернее, опустится. Что может быть там внизу? Минералы? Что-то научное — к примеру, окаменелости? Может, это какой-то хитроумный план, чтобы заявить права на землю? Антарктида огромна — семнадцать и пять десятых миллиона квадратных километров. Будь она страной, занимала бы второе место в мире. Антарктида всего на двадцать тысяч квадратных километров меньше России, другой адской дыры, где Роберту доводилось бурить, — но с куда большим успехом. Когда-то, добрых два миллиона лет назад, Антарктида была райским уголком, бурлящим жизнью. Вполне логично предположить, что под ее поверхностью таятся невообразимые запасы нефти и бог знает чего еще…
Сзади Роберта послышался грохот.
Пилон, торчащий из грунта, бешено закрутился — бур не встречает сопротивления. Должно быть, наткнулся на воздушный карман. Роберт ожидал этого: команды изыскателей недавно обнаружили большие каверны и расселины во льду, а возможно, и подледные фьорды там, где лед лежит на горных хребтах.
— Вырубай! — гаркнул Роберт.
Буровик на платформе его не услышал. Хант провел ладонью поперек горла, но тот лишь очумело вытаращился. Схватив рацию, Роберт проорал:
— Глуши машину!
На полке длинная труба, торчащая из скважины, заходила ходуном, будто волчок, начинающий терять равновесие.
Отшвырнув рацию, Роберт что есть духу побежал к полку, оттолкнув буровика с дороги и бросившись к пульту, чтобы остановить бур. Потом сграбастал растерянного рабочего и вместе с ним побежал от полка. Они успели добежать почти до жилых отсеков, когда услышали, как полок вздрогнул, покосился и опрокинулся. Буровая вышка переломилась, бешено завертевшись в воздухе. Даже с расстояния в двести футов шум был оглушителен, будто реактивный двигатель на полной тяге. Полок ушел в снег, бурильная труба выскочила, вгрызаясь в лед, как торнадо на равнинах Канзаса.
Роберт и бурильщик бросились ничком в снег, пережидая град обломков льда, пока установка наконец не замерла.
Роберт оглядел место происшествия. Работодатель будет недоволен.
— Ничего не трогай, — велел он бурильщику.
В жилом отсеке Хант взял микрофон рации.
— Добыча, здесь Снежный Король. У меня изменение ситуации, — проговорил он, ломая голову, что докладывать.
Буровая наткнулась не на воздушный карман. Это что-то другое. Долото прогрызло бы любую скальную породу или грунт, даже промороженный. Что бы там ни было, оно напрочь срезало бур. Есть только одна возможность…
— Вас понял, Снежный Король. Докладывайте.
Лучше меньше, да лучше. Он не станет пускаться в домыслы.
— Мы на что-то наткнулись, — сказал Роберт.
Когда вошел техник «Иммари», доктор Мартин Грей смотрел из окна модульного штаба и даже не повернул головы. Что-то в этих бескрайних снежных просторах вселяло в его душу покой.
— Сэр, буровая бригада номер три только что доложилась. Мы думаем, они наткнулись на сооружение.
— Вход?
— Нет, сэр.
Мартин пересек комнату и указал на огромный экран, показывающий карту Антарктиды.
— Покажите, где именно.
Когда Кейт пришла на следующее утро, Дэвид был в сознании. И в гневе.
— Вы должны уходить. Парнишка сказал мне, что вы тут уже три дня.
