— Я рада, что вам лучше, — жизнерадостным тоном отозвалась она.
Достала его антибиотики, обезболивающее и чашку воды. Дэвид выглядел даже более отощавшим, чем вчера; надо дать ему заодно чего-нибудь поесть. Кейт хотелось коснуться его лица, его обострившихся скул, но теперь — бодрствующий — он стал более устрашающим.
— Не игнорируйте меня, — буркнул Дэвид.
— Поговорим, как только вы примете свои таблетки. — Она протянула ему ладонь с двумя пилюлями.
— Что это?
— Антибиотик, — указала Кейт. — Обезболивающее.
Проглотив антибиотик, Дэвид запил его водой.
Кейт поднесла ладонь с обезболивающим поближе к его лицу.
— Вам нужно…
— Я не стану ее принимать.
— Когда вы спали, то были более послушным пациентом.
— Я уже выспался. — Дэвид откинулся на подушку. — Вы должны уходить отсюда, Кейт.
— Никуда я не пойду…
— Не надо. Не надо так поступать. Помните, что вы мне обещали? В коттедже у моря. Вы сказали, что будете слушаться моих приказов. Это было моим единственным условием. И теперь я велю вам уходить отсюда.
— Ну-ну… Это медицинское решение, а не… как там у вас называется? «Решение командира»?
— Не надо играть словами. Поглядите на меня. Вы же знаете, что я не могу уйти отсюда, а я знаю, как долго придется идти. Я уже делал это прежде…
— Кстати, раз об этом речь, кто такой Эндрю Рид?
— Неважно, — покачал головой Дэвид. — Он мертв.
— Но они называли ва…
— Он убит в горах Пакистана, недалеко отсюда, в бою с Иммари. Они поднаторели убивать людей в этих горах. Это не игра, Кейт. — Он взял ее за руку, притянув на кровать. — Прислушайтесь. Слышите это басовитое жужжание, будто шмель вдали?
Кейт кинула.
— Это беспилотники — дроны-агрессоры. Они ищут нас, и, когда найдут, бежать нам будет некуда. Вы должны уходить.
— Знаю. Но не сегодня.
— Я не…
— Я уйду завтра же, обещаю. — Схватив Дэвида за руку, Кейт горячо пожала ее. — Дайте мне еще только денек.
— Уходите, едва рассветет, или я спрыгну с горы…
— Не надо мне угрожать.
— Это перестанет быть угрозой, если вы только послушаетесь.
Кейт отпустила его руку.
— Значит, ухожу завтра.
И, встав, она покинула комнату.
Вернулась Кейт с двумя мисками густой каши.
— Я подумала, что вы могли проголодаться.
Кивнув, Дэвид принялся за еду — поначалу торопливо, но после нескольких ложек сбавив темп.
— Я вам читала, — она продемонстрировала дневник. — Вы не против?
— Что читали?
— Дневник. Тот старик… внизу… это он дал его мне.
— А он… Цянь. — Дэвид проглотил еще две ложки короткой очередью. — И о чем он?
Сев на кровать, Кейт вытянула ноги вдоль ног Дэвида, как поступала, когда он был без сознания.
— О горном деле.
— О горном деле? — Дэвид поднял голову от миски.
— А может, о войне… нет, вообще-то я толком не знаю. Все происходит в Гибралтаре…
— В Гибралтаре?
— Да. Это важно?
— Возможно. Шифровка. — Дэвид принялся обшаривать карманы, будто в поисках ключей или бумажника. — Вообще-то, она была у Джоша…
— Кто такой Джош? Что у него было?
— Он… я работал вместе с ним. Мы получили шифровку от источника — того самого человека, который сообщил нам о китайском комплексе; кстати, я хотел об этом поговорить. Одним словом, там была фотография айсберга с торчащей из него посередине субмариной. На обороте — шифровка. Шифр указывал на некрологи в «Нью-Йорк таймс» за сорок седьмой год. Их было три. — Дэвид опустил взгляд, пытаясь припомнить. — В первом упоминался Гибралтар и найденные британцами останки возле участка.
— Участок может быть шахтой. Иммари пытались нанять американского горного инженера, бывшего военного, для раскопок сооружения в нескольких милях под Гибралтарской бухтой. Они думали, что это затерянный город Атлантиды.
— Любопытно, — в глубокой задумчивости проронил Дэвид.
Не успел он добавить ни слова, как Кейт раскрыла дневник и начала читать.
