Вивиан улыбнулась сама себе: она была рада, что Идо очень быстро осваивал людскую вежливость. Вместо того чтобы еще раз ткнуть Вивиан носом в генетическое несовершенство и несостоятельность, он лишь выразил свое сомнение посредством биоволн. И избавил ее от заумных лекций. Ей вдруг стало любопытно, что о лабораторном выведении дразингуолей рассказал бы господин Энаудер. Он точно сумел бы разобраться в этом вопросе и дать очередную ценную подсказку. Мысли о синеволосом Делегате с нежными чертами лицами непроизвольно привели размечтавшуюся «первичку» к воспоминаниям о званом ужине в доме мэра. Тогда она услышала свое прозвище из уст его и Идо. А потом еще эти загадочные слова Нафад: «А Вивиан сокращенно будет Ви? Теперь понятно, почему Террей впервые решил принять у себя гостью».
– Вивиан, я ощущаю вибрации еще не заданного вопроса. – Лиловая плазма, сверкая, стекала по сферам внутри глаз Идо, которые пристально вглядывались в напряженное лицо Фэй.
Девушка оперлась ладонями на гладкую глянцевую поверхность ветви, на которой сидела, и наконец отважилась спросить:
– Ви – это имя кого-то из Сотни?
«Первичку» будто захлестнуло торнадо, стоило ей озвучить свое предположение. Аура Идо стала походить на фейерверк, а его настоящая кожа под туникой вся пошла рябью, будто в спокойную воду внезапно бросили камень.
– Ви'Йаретта-Бларк Тиседония, – монотонно произнес Глоуроусаудерс, а на лице его застыла маска отрешенности. – Она была членом Сотни.
Что-то неестественное сквозило в прямой спине Делегата и его холодном равнодушии, будто оно давалось ему с трудом.
– Была? Так она сейчас спит?
Глоуроусаудерс отрицательно покачал головой.
– Но разве такое возможно? – не скрывала изумления «первичка», болтая ногами в воздухе. – Вы ведь связаны Клятвой Пробужденных, чтобы управлять материками.
– Я помог ей найти способ избежать Клятвы и покинуть планету.
«Разве это не перечит Пакту и самому смыслу вашего существования? Разве вас не должны были остановить и наказать?» Эти вопросы повисли в воздухе незаданными вибрациями, потому что на Ви нахлынула лавина чувств, возмутивших в тот миг биополе Идо. Вивиан лишь молча кивнула, не продолжив расспросы.
«Ви'Йаретта покинула Сотню. Но они оба искали ее на том балу», – подумала Вивиан и впервые задумалась об одиночестве чужом, а не собственном.
Возможно, это было из-за связи с ментальным спектром Идо, а может, Ви попросту заигралась в телепата и медиума, но ей в голову пришла мысль, что Глоуроусаудерс банально скучал по этой деве, так как она была ему ближе всех ста Пробужденных. А теперь он чувствовал себя потерянным и обремененным обязанностями, в которых искал свое предназначение и временное утешение.
Возможно, Вивиан и Идо оба были по-своему одиноки, и это их объединяло.
– Вивиан, если вы готовы, то пора переходить к заключительной фазе нашего плана.
Трехмерный голос Делегата вывел «первичку» из пространных философских рассуждений в попытке познать непостижимое: душу одного из господ ее гибнувшей планеты.
Фэй прочистила горло, поправила ворот серого комбинезона, смахнула челку с глаз и мужественно произнесла:
– Готова. Да соблаговолят избранные гены нашему предприятию.
– Да будет так, – воодушевленно ответил «первичке» Ид'Омантис-Террей Глоуроусаудерс.
Вся Делегация Сотни собралась в зале, своим великолепием сокрушившем все воображаемые архитектурные шедевры в голове Вивиан. Он имел форму восьмиконечной звезды, а с потолка опускался световой зонтообразный вогнутый купол, озарявший мьерновым сине-голубым сиянием тысячи мерцавших золотом фонарей, которые витали высоко над головами присутствовавших, заполняя все пространство под самым потолком. Их лучезарный золотистый блеск отражался в водной глади, которая тонким слоем покрыла мозаичный пол, изображавший мотивы Пришествия. Время от времени потревоженная водная гладь расходилась волнами, когда из разноцветных мозаичных силуэтов вдруг выпархивали очертания слов Клятвы, тут же растворяясь в воздухе.
Стены зала были украшены филигранной ажурной резьбой, объемными вставками из неизвестных твердых строительных растворов, которые переливались и создавали плавный переход от одного оттенка цвета к другому.
В каждом углу зала, знаменующего луч архаичного человеческого символа – звезды, над водой возвышалась платформа в форме лодки, в которой стояли два представителя Сотни. Ближе к центру, на одинаковом расстоянии друг от друга находились еще десять Делегатов, чьи одежды были частично погружены в воду, а сами они образовывали таинственный малый круг. В центре, в лучах фонаря на зигзагообразном подиуме, расположились оставшиеся четыре Делегата.
Ви хотелось бы увидеть, как этот необычный геометрический узор – расстановка Делегатов Сотни смотрелся с высоты небоскреба.
Лишь только они с Идо нарушали эту четкую композицию: стопы Ви балансировали на воде, бликами отражавшей синеву Мьерна, внутри малого круга прямо перед центральным подиумом.
– Время пребывания моей гостьи, запрошенное у Достопочтенного Совета Сотни, исчерпано.