Голос Глоуроусаудерса звучал торжественно и громко, эхом отдаваясь во всех остроугольных концах зала. Вода у ног внезапно заколыхалась, и через секунду речь Идо преобразовалась в синие черточки и завитки, выпорхнувшие из ее недр навстречу яркому потолку. Слоги «па» и «но» зацепились за пышные жемчужно-серебристые локоны Делегата, покоившиеся на его груди. Они слегка поиграли в них, а затем взмыли к свету.
Волосы Идо были стянуты золотистыми кольцами в симметричные хвосты по обе стороны от его лица. Он впервые за время общения с Фэй был облачен во все черное: грудную клетку его стянула полупрозрачная песочно-черная экзокожа, а поверх был накинут бархатно-черный длинный кардиган с серебряным напылением и темно-серебристыми узорами по краям. На фоне элегантной черной ткани его перламутровая матовая кожа смотрелась еще более ослепительно, а фиолетово-лиловые глаза с сиреневыми вспышками казались намного выразительнее.
– Отпускаем мисс Фэй в циркулирующий поток биоматерии с благодарностью за соприкосновение с ее уникальной ДНК, – следуя протоколу процедуры, ответила госпожа Длаз'Аквиманаж-Мун Сифорхия, стоявшая на центральном подиуме в желто-золотистом многослойном платье с высоким воротом, поделенным на одинаковые остроконечные вертикали, которые издалека казались мини-копьями, направленными ей в лицо. На ее золотистых объемных кудрях красовался удивительный венок из глянцевого металла, вокруг которого вились бронзовые механизированные растения, запрограммированные на изображение момента цветения.
Делегаты уже собрались продолжить прерванное обсуждение, которое касалось начала нового ниципца и прекращения призыва дождей, когда их чувствительный слух вдруг потревожил взволнованный голос девушки из первого класса в просторном черном пиджаке подле Глоуроусаудерса:
– Я изъявляю намерение воспользоваться правилом Пакта, допускающим смену временного хоста.
Несмотря на вибрировавшую тишину, повисшую в зале, Фэй уловила массу невысказанных вслух возражений и сомнений, недовольств и вопросов. Многие наверняка были не в восторге оттого, что представительница низшего класса осмелилась в своих формулировках ссылаться не на Кодекс, а на Пакт.
«Что дальше? "Вторичники" начнут давать Клятву?» – скорее всего, насмешливо подумали некоторые.
Изумрудные глаза Сифорхии встретились с прозрачно-белыми глазами члена Сотни, стоявшего в малом кругу, тот в свою очередь бросил мимолетный бесцветный взгляд на Ду'Анрельку-Нафад Мунуамчафу в дальнем углу зала, ее взгляд метнулся в сторону зеленоволосой и звероподобной Зи'Аккарии-Рурх Джугхутлан, и так зашифрованные взгляды-послания переходили от одного Делегата к другому, пока все одновременно не устремили взоры к Ид'Омантису-Террею Глоуроусаудерсу, возвышавшемуся прямо над гостьей.
На него смотрели все, кроме одного.
Синеволосый Делегат в белой мантии, который стоял на центральном подиуме около госпожи Сифорхии, смотрел прямо на Ви.
– Мы принимаем ваш запрос, сделанный на законных основаниях, предусмотренных Пактом Сотни, – мелодично произнес один из Делегатов, чье гладкое лицо делилось на два оттенка по горизонтали. Он стоял в малом круге чуть поодаль от Ви, прикрыв голову капюшоном своей пыльно-серебряной мантии. – Если в зале кто-нибудь желает сменить Достопочтенного Террея на посту хоста и принять Вивиан Фэй в качестве своей гостьи, то просим подать вокальный знак в течение последующих трех секунд.
– Я принимаю запрос мисс Фэй.
Из-за широкой спины обворожительной Сифорхии вперед к воде выступил синеволосый Делегат. Нежное и ласковое звучание его голоса заставило сердце Ви забиться в такт мерцанию фонарей над головой и бликам воды под ногами, из которой вверх взметнулись слова ее нового хоста.
– Процедуру передачи гостьи можно считать закрытой. Мисс Фэй отныне на попечении господина Тейна, – церемонно произнесла госпожа Сифорхия, а затем обратилась к членам Сотни: – Продолжим наше совещание, достопочтенные господа.
Вивиан обменялась многозначительным взглядом с Идо, когда он грациозно прошел мимо нее в сторону центрального подиума. Навстречу к ней с того же подиума спускался господин Энаудер, одаривая девушку такой раскрепощенной улыбкой, какую она прежде не видела ни у одного представителя Высшей расы.