– С изменением климата и генов им пришлось полностью отказаться от сырой и чистой пищи, преобразовывая ее под нужды своей слабой пищеварительной системы, искушенных рецепторов и видоизменившегося аппетита. – Глоуроусаудерс уводил девушку в глубь материка, где Ветви не просто пересекались, а громоздились друг на друга. – Поэтому у человеческой расы существовало впечатляющее обилие рецептов.
Вивиан вспомнила аромат аппетитных гуленток и небольшой музей в штаб-квартире Сотни, где с трепетом хранилась раритетная «Книга рецептов».
– Мы же питаемся необработанными и сырыми продуктами Тенцоквиума: почвой, плазмой и травами Панцоквиума, а также листьями и корой Думцоквиума. – Будто в качестве доказательства Идо опустил руку вниз, к основанию пышного травяного ковра, зачерпнул рыхлую темно-розовую землю и закинул прямо на длинный шероховатый язык.
Проглотив почву, андрогин удовлетворенно улыбнулся, а Ви представила металлические основы стеллажей, и у нее разболелись зубы. Сотне повезло, что источник их пропитания весьма практично был разбросан по всему материку.
По мере продвижения они оказались в районе, где практически не было похожих на колбы сооружений и бесконечные многослойные Ветви почти касались холмистых равнин. Плотно прижимавшиеся друг к другу нити напомнили Вивиан создания, которых прежние людские цивилизации называли змеями или червями. Над поляной вновь раздался громкий шелест.
Идо подошел к выступу на вершине травянистого холма, которая почти задевала дно самой нижней Ветви. Используя телепатическую связь, Идо произнес: «Это под нами».
У Фэй заколотилось сердце от одного лишь предположения, что они были близки к обнаружению Лилы.
– Вивиан, насчет той вещи, что мне передали.
Ви не хотелось задерживаться, когда сестра могла быть рядом, но ей пришлось прислушаться к словам Глоуроусаудерса.
– Ею нужно воспользоваться в том случае, если спасти вашу сестру и племянника не удастся.
Фэй почувствовала, как внутри нее все леденеет. Разумеется, члены Сотни учли все возможные сценарии развития событий, но одна только мысль о потере Лилы во второй раз ввергала Вивиан в шок.
– Если дитя окажется во власти Энаудера и мы не сможем этому помешать, будет другой выход предотвратить глобальное порабощение сознаний.
Идо вытащил на свет тонкий металлический диск с объемным черным стержнем посередине.
– Что это значит? – испуганно прошептала «первичка».
– Вы видели, в каком состоянии находится ядро планеты.
Ви вспомнила силикатный шар, испещренный тонкими алыми полосками.
– Оно больно, Вивиан. Именно по этой причине на участке океана близ Кеотхона учащаются взрывы тихтлантов. – Тон Глоуроусаудерса стал беспощадным и невозмутимым. – Его целостность поддерживается искусственно энергетическими усилиями Совета Сотни, но вот-вот все может взорваться.
Вивиан еще раз взглянула на предмет в руке Идо и взволнованно вскрикнула:
– Так что это такое?!
– Носитель вибраций всех членов Сотни. Его собрали на случай, если понадобится раздробить ядро одним энергетическим выбросом.
– Раздробить ядро?! – Вивиан отступила на шаг назад от Идо, чувствуя, как задыхается. – Вы говорите об уничтожении нашей планеты?!
Идо терпеливо смотрел на «первичку», пытаясь выровнять ее пульс. И мрачно кивнул.
– Как вам мог прийти в голову план по уничтожению всего живого?
– У всего должен быть конец, Вивиан. У каждой жизни и каждой цивилизации, – Идо говорил умиротворенно, сохраняя безмятежное выражение на лице. – Рано или поздно ядро взорвется, но в наших силах определить свой предел.
Вивиан боязливо попятилась назад, когда Глоуроусаудерс любезно протянул диск. От вида смертоносной вещицы Ви чуть не упала, споткнувшись.
– Но это же ксеноцид, Идо!
Перед глазами Ви пронеслись образы миллиардов жителей Кеотхона, беззащитных и беспомощных, которые даже не представляли, что могут погибнуть с цикла на цикл… Доброе морщинистое лицо Буггиды с теплой улыбкой на лице…
– Я не пойду на такое, пусть это и крайняя мера.
– Поймите, Вивиан, выбор не стоит между жизнью и смертью, – черты лица Идо смягчились, а в нотках его многомерного голоса послышалась даже мольба. – Это выбор между гибелью порабощенных и гибелью свободных. Нам нельзя погибнуть, будучи бессознательными игрушками Тейна.
Вивиан хотелось, чтобы все это оказалось ложью, хитрой манипуляцией или вымыслом ради того, чтобы запугать ее и не дать Энаудеру управлять и распоряжаться гордыми Элитниками. Но из-за связи с биоволнами Идо она чувствовала все его побуждения так же ясно, как и свои собственные. И он тоже видел ее насквозь, ощущал и понимал, что ее выбор всегда стоял только между смертью и смертью, отличающимися лишь временем и обстоятельствами. Вивиан была приговорена, как и вся их планета.
«Виви, вы и наша планета очень похожи. Вы практически единое целое», – когда Ви услышала это обращение и отчаянные слова в исполнении ласкового тембра Идо, глаза наполнились горькими слезами. Она закрыла лицо ладонями и громко задышала, стараясь сохранить самообладание.