– Он вас использовал. Гирон никогда не был выходцем из первого класса. Его не заботит улучшение качества жизни кеотхонцев. Он член Сотни, и все, что ему надо, – это подавить волю и поработить умы всех, даже собственных собратьев.
– Она сумасшедшая, – завопила рыжеволосая Энойра. – Лидер предупреждал нас об этом. Стреляйте!
Вооруженные «первичники» и «вторичники», казалось, уже менее уверенно нацелили бластеры и возобновили пальбу. Идо отводил разряды и одновременно корежил, ломал и перегревал бластеры в руках атаковавших, но их внушительное количество мешало ему эффективно и быстро расправиться с противниками.
– Вивиан!
Громкий призыв принадлежал убравшему оружие Атальду, который взглядом указывал на что-то растерянной брюнетке. Ви сконцентрировалась и проследила за его подсказкой. Опухшие глаза инженера-самоучки указывали на сине-голубой Цоквиум.
«Прыгайте. Я вас найду», – услышала она Идо. Вивиан взволнованно взглянула на Глоуроусаудерса, взвалившего на себя роль щита, и аккуратно дотронулась до его плеча, надеясь так выразить поддержку и просьбу выстоять до конца. Дольше медлить «первичка» уже не могла. Гирон натравил на них своих тренированных псов, пока сам осуществлял коварный план где-то в этих кристаллических лабиринтах. И Атальд только что помог найти путь к нему. Вивиан отчаянно бросилась в мерцавшие пучины безжизненного Цоквиума.
Она сразу же почувствовала, как ее тело начало тонуть. Будь у нее СМЧ, она мгновенно научилась бы плавать, даже если бы отроду не видела воду. Сейчас же ее словно потащили ко дну миллионы липких щупалец.
Рядом просвистели яркие лучи бластеров, но быстро исчезли – Идо продолжал их перенаправлять и обезвреживать. А Ви неминуемо опускалась на темное дно, как ни пыталась барахтаться и шевелить отяжелевшими конечностями. Она выпуталась из своей накидки и осталась лишь в белоснежной безрукавке и штанах, плотно прилегавших к телу. Она начала задыхаться, пуская пузыри, но вдруг, привыкнув к темноте, Ви заметила проход, видневшийся на самом дне. Этот коридор сиял кристаллами и напоминал портал в другой мир. Но Вивиан не знала, сможет ли добраться до него, хватит ли воздуха. Оставалось лишь надеяться на собственную выдержку и пытаться грести дальше, как это делали раньше ее предки, придумавшие термин «аквалангисты».
Проход закончился как раз в тот момент, когда силы Фэй иссякли. Она уперлась руками в окружавшие кристаллы, порезав несколько пальцев, и на последнем рывке вытолкнула тело вперед, оказавшись в другом резервуаре.
Последние остатки кислорода покинули ее организм, и Ви почувствовала, что вот-вот потеряет сознание. Перед ее тускнеющим взором появился образ спящей Лилы с распущенными длинными черными волосами. Вивиан мысленно потянулась их погладить – и вернула рукам силу. А дальше задвигались и ноги: Ви призвала на помощь всю свою выносливость и силу воли, чтобы пробиться наружу из толщи сине-голубой влаги.
Долгожданный вдох был как второе рождение. Линзы выпали из глаз девушки, и теперь по ее щекам текли алые полоски крови прямо в голубой раствор, из которого она выплыла. Протерев глаза рукой, девушка пыталась рассмотреть открывшуюся перед ней картину.
Все подземные Цоквиумы были связаны единым коридором, образуя комплекс резервуаров, заполненных неизвестным раствором. Ви оказалась прямо посередине огромного карьера, на поверхности которого покачивались тысячи продолговатых яйцевидных криокамер, напоминавших неоново-зеленую синтетическую скорлупу, оболочкой покрывавшую множество крупногабаритных спящих существ.
Тысяча…
Вивиан завороженно балансировала между громадными сосудами, в которых мирно лежали ничего не подозревавшие Высшие создания с разноцветной сияющей кожей, удивительным окрасом волос и узорами родимых пятен.
На кристаллическом берегу Ви заметила командный пункт – вертикальную сенсорную панель управления с большими мигающими знаками. Одна из надписей мигала на кеотхонском диалекте: «Ближайшее Пробуждение состоится через сорок два цикла. Госпожа Мро'Садухпельб-Шан Оягуроло сменит Господина Ок'Тунвайрена-Бода Эсейлеза».
Вивиан двинулась в сторону берега, используя камеры в качестве опоры. Она хваталась ладонью за «скорлупу» и отталкивалась к следующей, таким образом держась на плаву. Оказавшись у самого берега, ей пришлось обхватить острые углы прибрежных кристаллов и подтянуться наверх.
Отдышавшись, «первичка» с испугом обнаружила, что порезы на ладонях неестественно быстро разрастались. Они расширялись и растягивались в стороны, будто атмосферный состав Тенцоквиума вгрызался в полученные царапины, делая их более болезненными и глубокими. Кровь густыми каплями падала на кристаллическую поверхность.