Откинувшись на постель, девушка молча наблюдала за перебоями в проводке на потолке, чувствуя, как влага стекает по ее щекам на бежевые простыни. Она так и задремала с тяжелым осадком на сердце, будто попрощавшись с собой – младшей из Фэй, у которой была семья – те, ради кого стоило жить.
Проснулась Ви совсем иной. Не сказать, что обновленной или отдохнувшей, скорее с мутной головой и с твердым намерением узнать все обстоятельства кончины членов семьи перед уходом на окончательный покой без пробуждений. Слезы высохли широкими полосками на лице и шее, было похоже, что они не переставали литься даже во сне.
Умывшись и приняв душ, который потряс ее своим неудобством и принес лишь чувство дискомфорта, девушка поспешила вновь закутаться в комбинезон, без терморегуляции которого было невыносимо находиться в сырой, прохладной капсуле. Она уселась поудобнее на кушетке и размышляла о том, что сейчас властвовало над планетой: черные ли обогревающие лучи Дагата или все же прожигающий синий свет Мьерна.
Она вспомнила спину удалявшегося лидера мятежников, который оставил ее на произвол судьбы без угрызения совести. Он ведь понимал, что обрекает ее в обычном мире на отшельничество, а то и вовсе на верную смерть. Похоже, его расчет был на то, что у девушки не останется иного выбора, кроме как прибегнуть к помощи повстанцев и стать их пособником. Что ж, она, как ни крути, сидела теперь в капсуле на их новой базе. И при этом обоим не пришлось унижаться или идти на компромисс.
Правда, Вивиан до сих пор не понимала одного: раз он явно дал понять, что ратует только за общественные идеалы и за это пожертвует одной несговорчивой «первичкой», зачем ему понадобилось тащить ее в лазарет и позволять медикам лечить? Не иначе как потребует вернуть долг. С большими процентами. Ви покачала головой, запуская зажившие пальцы в жесткие короткие волосы на макушке. Она согласится на участие даже в заведомо провальной акции, если кто-то из повстанцев прольет свет на странный дефект в записи произошедшего в ее родной капсуле.
Перед глазами всплыло широкое лицо Буггиды, которому она клялась, что ни за какие коврижки не свяжется с легкомысленными сорвиголовами в красных банданах. Занимательно все-таки получилось…
Панель по ту сторону двери запищала: чьи-то пальцы проворно вводили пароль. Двери раскрывались целую минуту, и наконец показался Калун, перевязавший бандану на запястье.
– Пойдем, ты ведь хотела все узнать, – позвал он.
– Пойдем куда? – насторожилась Вивиан, не торопясь двигаться с места.
– Командир созывает собрание.
– Меня на него пустят? – искренне озадачилась брюнетка.
– Он лично велел мне привести единственную контрактницу в нашем народном движении.
Вивиан ощущала нараставшую тревогу. Она не знала, какой прием ее ждет на этом собрании. Еще не отошедшая от щемившей сердце тоски и чувства одиночества, она не была готова к самозащите в случае, если на нее будут оказывать давление и шантажировать долгом перед повстанческой общиной, вовлекая в подпольный заговор против Элиты. Если же ей предстоял сеанс «вразумления» или чтение проповедей, то Фэй искренне надеялась отсидеться в стороне, напустив на себя максимально внимательный, послушный и смиренный вид, не желая больше вступать в полемику с их лидером, оставившим ее в катакомбах подземного города.
Вместе с Калуном они направились в сторону, противоположную той, где находился спуск в столовую. Шли они все время прямо, оставляя позади разветвления коридоров, пока не оказались в овальном белоснежном холле с зеркальными полом и потолком, создававшими оптическую иллюзию бесконечности и вызвавшими головокружение у Вивиан при первом же шаге. Казалось, что для поддержания здесь чистоты необходима целая бригада, занимающаяся с утра до вечера лишь полировкой и тщательным мытьем, но, когда ее глаза привыкли к игре света и отражений, она обнаружила уйму изъянов: трещины, разводы, пятна и слои пыли, не бросающиеся сразу в глаза посетителю.
Ви в первые минуты изучения необычного интерьера не могла определить, откуда струится яркий поток света. А затем, уже привыкнув, отыскала между зеркальными панелями светодиодные ленты довольно сильной мощности.
Калун, наблюдавший за ее реакцией, с видом знатока молвил:
– Первые поколения переселенцев жутко тосковали по зеркалам, поэтому их потомки были неслыханно рады найти на этой планете нужные песчаные породы для изготовления таких панелей, которыми снабжали фойе и вестибюли почти всех важных административных зданий той эпохи.
Ви выгнула бровь и скептично изрекла:
– Неудивительно, что из-за столь иррациональной эксплуатации ресурса до нас эти панели не дошли.
«Первичка» с задумчивым видом обошла весь холл по кругу, не отрывая взора от потолка, в котором отражался ее облик так, будто она стояла на самой себе. И, не прерывая эту поразительную забаву, уверенно произнесла:
– Так вот откуда у вас были те зеркала на старой базе. Вы извлекали их из бывших муниципальных помещений.
Калун коротко кивнул. Девушка перевела взгляд темно-карих глаз на капитана младших отрядов: