— Сегодня, — решительно ответила я, окидывая взглядом изящно наряженного наследника. Это он так на утреннюю тренировку оделся? — Самое время, я как раз свободна. Только не здесь, идемте, виконт, на улицу… Лэр Кошель, вынуждена откланяться.
Не вижу причины здесь задерживаться. На мгновение мы скрестили взгляды с лысым любителем тайн — оба собранные, молчаливые, изучающие друг друга. Практически одновременно кивнули, прощаясь. Даже немного жаль, что не получилось найти общий язык. Этот парень мне определенно нравился.
Но и навязываться, умолять и добиваться разъяснения я не собиралась. Не хочет — его дело. Но и тренироваться в такой атмосфере опасно, еще травмируют ненароком с таким-то «добрым» отношением. Лучше дождусь возвращения Скалы, а пока — позанимаюсь с Озрой.
Я разворачивалась, когда в спину негромко прозвучало:
— Тристан.
— Что?
— Ты спрашивала, как меня зовут, — ответил лысый. — Родители назвали Тристаном. И… прости меня, юная лэра, если обидел, не смог ответить на твои расспросы. Я в этом не силен. Скала просил передать тебе правила турнира, пришлю их к обеду.
Проклятие… Я уходила и не понимала, что происходит. Если он издевался или не хотел со мной общаться, то почему напоследок вдруг сообщил свое имя? Возрастом, в отличие от того же Малого, мы не сильно с Кошелем отличались. Тогда почему начал называть меня «юной»? Происходило что-то странное…
Я мысленно вернулась к нашему разговору, постаралась вспомнить каждое его слово и реакцию. И с каждым шагом меня одолевали все большие сомнения.
— Виконт, — начала я, когда мы вышли на улицу, — а вы разбираетесь в воинской брани?
— Он оскорбил вас? — мгновенно взвился Озра разворачиваясь, чтобы кинуться обратно. — Да как он посмел?
Я заступила дорогу, успокаивающе протянув руки. Приятно, что Север горой друг за друга, но причин для скандала не было.
— Нет-нет, он ни при чем! Просто подумалось, что у меня турнир впереди, я там наслушаюсь. Вдруг будет полезно знать заранее…
Я болтала, объясняла что-то сумбурно, переводила в шутку. И с каждым мгновением все больше убеждалась — У Озры спрашивать нельзя. Ни у кого постороннего нельзя.
Что-то было не так с привычным проклятием, которое я не раз слышала от седовласых воинов в родном замке. Сама я ругалась редко, только в мыслях или во время сложных упражнений, и Гектор никогда не обращал на это внимания. Только напоминал, что вне занятий нужно держать язык за зубами.
Неужели я допустила серьезную ошибку, расслабившись с малознакомым человеком? Или дело не в этом? В последнее время я встречаю слишком много непонятных мелочей, которые приходится додумывать, вопросы копятся. И задавать их точно лучше не Озре.
Нужно расспросить единственного родственника, который не сможет ни увильнуть, ни убежать от ответа. Я щелкнула пальцами и широко, хищно улыбнулась.
— Эм, — сказал виконт. — Хани, ты главное помни, что у тебя завтра турнир. Не трать на меня слишком много сил, ладно?
Странно.
На плацу, под открытым небом, меня сначала отвлекали воспоминания вчерашнего вечера, но все же я смогла сосредоточиться на действиях новоиспеченного ученика.
Он все делал не так.
Я не о физической форме, с ней у Озры было все в порядке. Его мускулы, кости, связки — были готовы принять силу. Но я не понимала как он вообще их заполучил при подобном подходе к занятиям.
Виконт быстро уставал, жалел себя, снижая темп себе при малейшей возможности и к тому же — просто останавливался, когда следовало продавливать, увеличивать энергию. И радостно накатывал в начале любого упражнения, когда еще не был уставшим.
— Стоп, — я подняла руку.
По моему сигналу сделал паузу не только отжимающийся виконт, но и пятерка бойцов, занимающихся неподалеку. Они как-то ненавязчиво возникли в самом начале занятия и сначала делали вид, что вообще нас не замечают. Но когда я не прогнала их сразу, ситуация изменилась.
Я старалась не обращать внимания на посторонних, хотя краем глаза видела — их сержант предпочитал давать идентичные моим команды, да и сама компашка по метру, по шажку перебралась поближе, расположившись практически за моей спиной.
— Озра, — я сделала паузу, как обычно Гектор, обращаясь ко мне перед важным замечанием, — почему, когда ты начинаешь уставать, то сразу перестаешь работать с магией?
— Эм. Хм… Суставы крутит, а я без лекарств.
— Каких еще лекарств?
Кажется, я про это слышала, но в кутерьме проблем просто выпустила из виду.
— Хани, ты что? Когда организм перенапряжен, он болезненно воспринимает перекачку энергии. Чтобы продолжить занятие, нужно принять порошок или обезболивающее питье. Даже стражам их выдают.
Я подняла бровь, развернувшись к соседям. Те дружно закивали. Изображать деятельность они уже даже не пытались, не скрываемо жадно прислушиваясь к нашему разговору.
