Так называемая комната отдыха представляла собой небольшой зал, по углам которого размещались зоны для определенных занятий. Сразу за дверью тихо бормотал раздолбанный телевизор. Стариков, которые тесно, плечом к плечу сгрудились на диване напротив экрана, не интересовал звук, их привлекали картинки, мелькание которых создавало иллюзию движения жизни. У окон за столами сидели пациенты, предпочитающие одиночество: кто-то листал потрепанные и сто раз читаные древние журналы, кто-то раскладывал пасьянс, кто-то просто пялился в стекло – на улице уже стемнело, и увидеть там нечто конкретное не возможно. Обитатели Дома коротали время между ужином и сном. В воздухе стоял специфический, не выветриваемый, навечно пропитавший пространство запах: смесь жарившихся, варившихся и парившихся на кухне продуктов.
Лиза направилась к одному из столов. За ним в инвалидном кресле сидела совершенно седая, коротко остриженная, худая женщина. Тонкими, непослушными пальцами, сосредоточенно она выстраивала из поставленных на ребро фишек домино волнистую дорожку.
– Добрый вечер, Ксения Павловна! – Лиза пододвинула пустой стул и села рядом. – Я вам гостя привела. Это Антон, сын Варвары и Феликса. Помните?
– Тоша? – подняла голову Анциферова и уставилась невидящим взглядом на Антона. Пальцы дрогнули, задели последнюю фишку, цепляясь одна за другую, они стали падать, на мгновение вызвав к жизни волну.
Мгновение. Ксения теперь существовала в ожидании таких мгновений. Её память превратилась в темный запутанный лабиринт. Она бродила по нему часами, мысли, обгоняя, наскакивая друг на друга, метались от стены к стене, но вырваться на поверхность, к свету удавалось крайне редко. Но если всё же удавалось, мир раскрывался.
…Вспышка: яркий полдень. Солнечно, но холодно. День рождения маленького мальчика. Глупый праздник, не имеющий по сути отношения к ребенку – что он может понимать в таком возрасте? – повод взрослым собраться вместе. Варвара вошла в гостиную, держа сынишку за руку, и громко представила: «Тоша!». Взрослые заторопились с подарками. Ксения купила в книжном магазине раскраску. Когда сама была ребенком, обожала рассматривать картинки с феями и принцессами. Вероятно, мальчику подошло бы что-то более героическое, но об этом она сообразила слишком поздно. Кто-то вручил виновнику торжества трехколесный велосипед. Настоящий мужской подарок. Вахрушин из прозрачного пакета достал Фонарик желаний. Сочного оранжевого, словно апельсин, цвета. Гости потребовали немедленно испытать сувенир в полете. Люди впопыхах накинули пальто, шапки и высыпали через кухонную дверь в заснеженный дворик. Борис пристроил горелку, поднес зажигалку, тончайшая бумажная оболочка наполнилась горячим воздухом и – фонарик, медленно покачиваясь на ветру, поплыл к облакам. Ксения зажмурила глаза, загадывая желание. Что она тогда загадала? Скорее всего, чтобы сложились отношения. Только с кем? В тот день она напропалую кокетничала с Кабировым – Юлия почему-то на день рождения не пришла. Но разве Ксения загадала на Тимура? Нет-нет, она наблюдала за… Архиповым. Хотела, чтобы тот приревновал её к восточному красавцу. Но Архипов, вручив имениннику пожарную машину, целый вечер просидел за столом молча и мало интересовался происходящим вокруг.
…Опять вспышка: начало лета. Там же в поселке. В лабиринте памяти события по неведомой причине высвечиваются в хронологическом порядке. Теперь их группа собралась в коттедже у Архипова. Лада Сергеевна, Антошка и Лиза давят клубнику, засыпая красные ягоды сахаром. Потом получится переслащенный лимонад. Леонид на правах хозяина готовит на гриле мясо. Ксения то и дело подливает в бокал шампанское. Потому что нервничает: она решила, нет смысла тянуть дальше, признается в чувствах к Архипову прямо сегодня, прямо сейчас. Леонид, выложив котлеты на тарелки, направился в кухню – видимо, что-то забыл, накрывая на стол. Она торопится за ним. На кухне Леонид один за другим просматривает стенные шкафчики. Доходит очередь до холодильника, Архипов захлопывает дверцу и упирается глазами в стоящую рядом Ксению. Женщина делает глубокий вдох и быстро, путано начинает объяснять, что одинока, что мир несправедлив: кому-то везет, люди находят друг друга, а ей не удалось. А ведь и она имеет право на счастье. Имеет право быть вместе с мужчиной сильным и надежным. Таким, как Архипов. Так может… И резкий ответ-пощечина: вы меня как женщина не привлекаете! Ксения дрожит, роняет бокал. Что случилось дальше? Черный провал, в памяти остались только два «обрывка»: липкая лужица от разлитого на полу шампанского и звон разлетающихся в разные стороны стеклянных осколков.
