Спустя шестнадцать месяцев тем же путем — «через равнины» и через Киев — Карпини возвратился, чтобы дать Риму первый истинный отчет о Татарии (1247 г.).
Великие реки, озера и горы России и Туркестана, расположение и размещение земель и народов «даже от Каспийского моря до Северного океана, где у людей, говорят, собачьи морды», были впервые описаны честным, здравомыслящим и наблюдательным обозревателем, не страдавшим ни робостью, ни легковерием.
Именно Карпини положил начало достоверной западной карте Дальней Азии. Его собственные познания не распространялись на Китай и Индию, но в своей «Книге о татарах» он рассказал Европе почти всю правду, и почти только правду, об обширных просторах и великих народах, обитающих между Карпатами и пустыней Гоби. Здесь же приводятся первые беспристрастные сведения об обычаях и истории «монголов, которых мы называем татарами», а ссылки и отступления, делающие всю работу столь документальной и столь человечной, указывают на правдивость этого монаха: его беседы с татарской знатью, опасности, которым он подвергался, затруднения с латышскими разбойниками, заброшенные или охраняемые переправы, поездка через Днепр по льду, три недели «рысью»[22] через степи…
Мы значительно отдалились от игумена Даниила, но это и понятно, ибо в Иоанне де Плано Карпини Европа получила наконец настоящего исследователя, настоящего историка, подлинного человека науки, служащего и церкви и открытиям.
Через шесть лет вслед за Карпини отправился де Рубрук, фламандец, посланный королем Франции Людовиком Святым с той же миссией обращения татар в христианство, а заодно и на поиски открытий. Однако путь его был иным: он пролегал через Черное море, Херсон, по Дону, «у мыса Азов, разделяющего Европу и Азию, так же как Нил разделяет Азию и Африку», к огромному стану на Волге, «величайшей реке, какую мне когда-либо приходилось видеть, которая течет от Великой Булгарии на севере и впадает в озеро (Каспийское море) такой величины, что нужно четыре месяца, чтобы его объехать». Выше по течению Дон и Волга «отстоят друг от друга не более чем на десять дней пути, но расходятся по мере продвижения на юг». Каспий «образован Волгой и реками, впадающими в него из Персии». Оттуда путешественники прошли через железные ворота Дербента, между Каспием и Кавказом, «хребты которого помогли Александру отсечь варваров от Персии». С помощью одного несторианина, обладавшего, подобно многим приверженцам этой церкви, влиянием при татарском дворе, Рубрук достиг «Альп» Алтая, где обнаружил небольшое несторианское поселение, управлявшееся, как и папское государство, священником, который был по меньшей мере одним из прототипов великого средневекового призрака — пресвитера Иоанна.
Проехав через бескрайние степи восточной «Тартарии», «на вид подобные волнующемуся морю», Рубрук наконец достиг монгольской столицы, в Каракоруме, убедившись по пути, что Каспий не имеет северного стока, как утверждали Страбон и Исидор. Оттуда он пустился в обратный путь, почти не принесший каких-либо новых результатов.
Хотя Рубрука по праву называют наиболее блестящим и литературно образованным из средневековых путешественников, его миссия была фактически бесплодной, и ценность его работы заключается скорее в том, что он узнал обычаи и записал мифы, т. е. в социальной стороне, чем в том, что он добавил какие-то существенные детали к географическим познаниям Запада. Иоанн де Плано уже побывал в Каракоруме и составил все основные характеристики земель, лежащих к западу от пустыни Гоби. Дальнейшее продвижение на восток, в Китай, и на юг, в Индию, было еще впереди.
Однако еще во время пребывания Рубрука у татар Николо и Маттео Поло, дяди знаменитого Марко, торговали в Крыму и в южных районах России (1255–1265) и вскоре, следуя караванным путем на Бухару, прибыли ко двору хана Хубилая, располагавшемуся тогда невдалеке от Китайской стены. После чрезвычайно дружественного приема они были отправлены обратно в Европу с подарками и письмом к папе Клементу IV, в котором содержались приглашение и обещание поддержки христианским проповедникам. Хубилай «часто расспрашивал братьев Поло о странах Запада», и сейчас он просил прислать сотню «латинян растолковать ему христианскую веру, так как он считает Христа единственным богом». Снабженные золотой табличкой, служившей в империи паспортом, наши купцы в апреле 1269 г. отбыли обратно в Акр.
К моменту их возвращения прежний папа умер, а занявший его место Григорий X холодно отнесся к просьбе хана. Однако в 1271 г. они отправились во второе путешествие на Дальний Восток, взяв с собой двух монахов-проповедников и своего племянника Марко, которому было тогда девятнадцать лет.
