Однажды вечером, после спора о христианской и языческой концепциях любви, они написали любимые фразы на кусочках бумаги и передали их друг другу. Шарль написал: «Любовь — это божество, которое примиряет людей, успокаивает море, утихомиривает бури, дает отдых и сон в печали. Любовь поет свою песню всем созданиям, которые живут и которые будут жить, усмиряя воинственность богов и людей». Тереза улыбнулась, когда он передал ей это, думая о том, как хорошо эти слова подходят к тревогам их совместной жизни. Она свернула этот клочок бумаги и положила его внутрь медальона, который Шарль подарил ей в день свадьбы. Сама же она написала: «Благословен человек, который любит Тебя, о Боже, и своего друга в Тебе, и своего врага для Тебя. Ибо он один не теряет никого, кто дорог ему, так как все едины любовью к Богу, который не покидает никого». Шарль, вспоминая, как она едва не умерла, когда родился ребенок, не улыбнулся, но тоже свернул листок и положил его в свой бумажник.
Тереза так и не оправилась после тяжелых родов, а две комнаты на Оркад-Стрит были шумными и душными, и со временем ей становилось все хуже. Шарлю, при помощи того самого доброго друга, который привез их в Англию на своем корабле, была предложена должность секретаря и воспитателя в сельском клубе в Ирландии. Он принял предложение с радостью, так как думал, что Терезе там будет лучше. Однако когда пришло время отъезда, обе, Тереза и маленькая Мария, заболели какой-то лихорадкой и не могли ехать. Они решили, что он должен ехать без них, чтобы приступить к работе и не подводить своего патрона. Жена их друга могла бы это время присмотреть за Терезой и ребенком, и, как только они будут снова здоровы, а он подыщет для них жилище в Ирландии, он приедет за ними.
Шарль нашел, что работа ему подходит, а хозяева оказались людьми добрыми и предоставили ему маленький домик в поместье, который он с радостью приготовил для Терезы и Марии. Он как раз получил отпуск, чтобы вернуться в Англию и забрать их, когда пришло письмо от Терезы. Она и Мария вполне выздоровели, и ему не было необходимости ехать за ними. Фрегат «Амфион» под командой племянника их друга отправлялся из Плимута в Ирландию с войсками на борту, и на нем также отплывали несколько жен офицеров. Она и Мария получили разрешение ехать с ними и немедленно выезжали в Плимут. На борту должна была быть прощальная вечеринка, и она приготовила зеленое платье, которое он очень любил. К тому времени, когда он получит это письмо, она и Мария должны уже быть в море. Стояла чудесная сентябрьская погода, и Тереза была уверена, что путешествие будет приятным. И должен был настать «отдых и сон в печали», как только они снова будут вместе.
Но когда Шарль получил это письмо, он не почувствовал ни приподнятости, ни воодушевления, а только самый дикий, бессмысленный страх, который покрывал тенью всю его жизнь до того дня, когда уже не могло быть речи о тени, так как все покрывал непроницаемый мрак.
Спустя годы, аббат уже не мог хорошо вспомнить свои ощущения после того, как приехал в Плимут и бродил по улицам день за днем, задавая сумасшедшие вопросы каждому, кто имел какое-то отношение к трагедии «Амфиона». Он знал, что у него были друзья, пытающиеся помочь ему, но не обращал на них внимания, пока один из них не нашел человека, который описал утонувшую темноволосую женщину в зеленом платье, которую он помог поднять из воды, с мертвым ребенком, зажатым в ее руках. Это свидетельство и тот факт, что раз Тереза и Мария не были среди тех немногих, которые были спасены, то они должны быть среди трех сотен погибших, наконец убедил его. Друзья повели его осмотреть длинный ряд могил, но не могли сказать, в которой именно покоились тела его жены и ребенка. Взрыв вызвал такой страх и отчаяние в городе, сказали ему, что результатом этого было всеобщее смятение.
…Значит, только для этого он спас Терезу, чтобы она умерла среди сцен не менее ужасных, чем в Тулоне или Леггорне, чтобы она лежала в безымянной могиле… Это был конец их большой и счастливой любви. Шарль вспомнил, что была война, а в мире войны любовь не живет долго. И он был всего лишь одним из многих.
Он вернулся в Ирландию. Он думал, что хорошо справляется со своей работой, но его патрон заявил, что это не так, и посоветовал сменить место и отдохнуть. Неподалеку на берегу озера располагался монастырь, и граф отправился туда. Монахи помогли ему справиться с моральным и физическим срывом, который обрушился на него, когда необходимость работы, всегда поддерживающая его в форме, отпала.
