Орды, которые в конечном счете обрушились на Европу в середине четырнадцатого столетия, собирались с силами в 3000 милях восточнее, в степях Монголии. Хаос, учиненный ими на несколько лет в Польше, Силезии, Моравии, Венгрии, Хорватии и Сербии, оказался при этом отдаленнейшим и наиболее скоротечным среди результатов великого бурления кочевников Востока, связанного с именем Чингисхана. Золотая Орда заняла Кипчакскую степь от Аральского моря, куда проникла через проход между Уральским хребтом и Каспием, до подножия Карпат, а другая орда, двигаясь на юго-запад между Каспийским морем и Гиндукушем, утвердилась в Персии, Месопотамии и даже Сирии, основав так называемый Ильханат[54]. Третья орда впоследствии ударила по северному Китаю и покорила Катай[55]. Индия и Манчьжи, или южный Китай, некоторое время оставались в безопасности из-за непреодолимого для кочевников барьера Тибета, с которым по трудности форсирования не сравнится, пожалуй, никакая другая область мира, кроме пустыни Сахара и полярных льдов. Но позже, во времена Марко Поло в случае Манчьжи и в дни Тамерлана в случае Индии, это препятствие удалось обойти. В итоге, как явствует из этой типичной и хорошо освещенной документами истории, все привычные рубежи Старого Света постепенно сдались экспансивной силе мобильной власти, зародившейся в степях. Россия, Персия, Индия и Китай либо сделались данниками, либо подчинились правлению монгольских династий. Даже набиравшие могущество тюрки в Малой Азии были низвергнуты на полвека.
В других окраинных землях Евразии, как и в Европе, сохранились записи о более ранних вторжениях. Китаю далеко не единожды приходилось отражать нападения с севера; Индию несколько раз завоевывали с северо-запада. Что касается Персии, то как минимум одно из ранних вторжений в эту область имеет особое значение в истории западной цивилизации. За три или четыре столетия до монголов турки-сельджуки, выходцы из Центральной Азии, подчинили себе огромный участок суши, который можно описать как землю в окружении пяти морей – Каспийского, Черного, Средиземного, Красного и Персидского[56]. Они утвердились в Кермане, Хамадане[57] и в Малой Азии, прогнали сарацин из Багдада и Дамаска. Якобы именно для того, чтобы покарать их за недостойное обращение с христианскими паломниками в Иерусалиме, христианский мир предпринял ряд военных походов, общеизвестных как крестовые походы. Пусть эти походы провалились в достижении своих непосредственных целей, но они настолько взбудоражили и объединили Европу, что их вполне возможно посчитать началом современной истории; это еще один яркий пример европейского наступления, продиктованный необходимостью реагировать на давление из сердца Азии.
