В феврале 1797 г. Гумбольдт окончательно оставил
государственную службу и поехал к брату, жившему в то время в Иене.
Еще раньше, во время своей службы в Байрейте, Гумбольдт
неоднократно посещал брата в Иене. Это дало ему возможность войти
в довольно близкие отношения к Гёте и Шиллеру, у которых
Вильгельм Гумбольдт был своим человеком.
Веймар, с того момента как в нем поселился Гёте, делается
центром литературной и художественной жизни Германии, тогда как
Иена, где Шиллер был в то время профессором истории, становится
сосредоточием научной жизни.
Это были годы особенно сильного увлечения Гёте
естествознанием. Как раз в 1790 г. была опубликована его «Метаморфоза
растений», а затем и его работы по оптике, как предварительные
материалы «Учения о красках». Гумбольдт, увлеченный ботаническими
проблемами, работавший в это время над влиянием гальванических
раздражений на мускульную и нервную системы, был для Гёте
чрезвычайно желательным собеседником. «Братья Гумбольдты,—писал
он в 1797 г.,—были здесь и все что касается природы было предметом
разговора с философской и научной стороны»; и в том же году
в письме к Шиллеру: «Я очень приятно и полезно провел время
с Гумбольдтом; мои естественно-исторические работы, благодаря
его присутствию, пробудились от своей зимней спячки». Такое
отношение к Гумбольдту продолжалось до самой смерти Гёте,
усиливаясь с годами все больше и больше, хотя научные взгляды
Гумбольдта далеко не всегда находили сочувствие в Гёте.
Так, в более поздние годы, он не мог простить Гумбольдту его
отказа от нептунизма и утверждения значения вулканических
явлений в истории земли. Для всего склада характера Гёте постепенная
эволюция земного рельефа была гораздо более приемлема, чем
развитие его в результате вулканических революций в земной коре.
Гёте никогда не смог отказаться от этих устаревших научных
взглядов и не мог простить Гумбольдту его идей, ниспровергавших эти
старые учения.
Но это разногласие в мнениях не умаляло в глазах Гёте Гумбольдта
как ученого. «Хотя его способ,— писал он Вильгельму Гумбольдту,—
воспринимать геологические явления и ими оперировать для моей
церебральной системы совершенно неприемлем, тем не менее
я с настоящим интересом и удивлением наблюдал, как то, в чем
я никак не могу себя убедить, у него последовательно связано».
Гумбольдт с своей стороны высоко ценил Гёте, как ученого. Это
выразилось между прочим в посвящении ему Гумбольдтом
немецкого издания «Идей о географии растений». Виньетка к этому
посвящению, нарисованная Торвальдсеном, изображает гения поэзии
