У него было ровно три минуты, чтобы изложить суть претензии: нарушение границ добычи, ущемление древнего права доступа к лавовым шахтам, споры о налогах на плавильни. Он говорил уверенно, но сухо. Всё происходило в точном соответствии с процедурой, принятой ещё во времена Объединения Кланов.
По завершении его речи, тринадцать Вождей молча переглянулись, и затем начали поочерёдно подавать свои сигналы — кто-то кивком, кто-то жестом, кто-то нажатием на встроенную в трон панель. Решение заняло меньше минуты, после чего Интеллект объявил его вслух.
Если выступающий не соглашался — он мог в течение двух минут попытаться переубедить Совет, но чаще всего это ни к чему не приводило. Машина Власти Гронтар, вырезанная из гранита и отлитая в титане, работала чётко, безжалостно, и... чудовищно скучно.
Их запрос был одним из последних в списке, а заседание шло уже третий час. Воздух в зале был прохладен, сух, насыщен запахом нагретого камня, машинного масла и древнего благовония — смолы из дерева, которое росло только в кратерах мёртвых вулканов. Но всё это не помогало Джеку: его веки стали предательски тяжёлыми, а голова клонилась вниз.
Он начал клевать носом, машинально слушая, как очередной вождь вещает о логистике поставок термопластов в сектор Раал.
И тут его толкнула в бок Лия. Она сидела, напрягшись, её глаза расширились.
— Джек, ты ничего не чувствуешь?
Он приоткрыл глаза, зевнул:
— Чувствую, что ещё немного, и я умру от скуки.
— Нет, — прошептала она. — Голоса в голове. Ты не слышишь их? Как будто кто-то лезет в сознание, пытается размыть мысли. Как тогда… когда Каэл создавал коллективный разум.
Джек встрепенулся, посмотрел на неё с недоумением. Он хотел сказать, что ничего не чувствует, но... в этот момент почувствовал слабую вибрацию на поясе.
Он просунул руку вниз и нащупал небольшой чёрный прямоугольник, размером с ладонь. Устройство было тёплым, его поверхность — матовая, шероховатая, чтобы не скользить в ладони. На одной из граней находилась небольшая панель с индикатором и единственной кнопкой.
Индикатор горел красным.
— Что это? — Лия уже чувствовала тревогу в воздухе.
— Это… портативный псионический генератор. — Джек начал вспоминать. — Хэйвуд привёз их нам как раз перед битвой за Ска'тани. Он сказал, что Вайрек и Сверхразум умеют лезть в головы, и эти штуки — наша защита. Люди сделали их на базе шлемов, что применяли ещё во время первой войны со Сверхразумом. Мы тогда все получили по одному. А на корабли установили более крупные устройства. Тебя с нами ещё не было, поэтому ты не знала что это. А я совсем забыл за него.
Он порылся в одном из многочисленных отделений броникомбинезона и достал ещё один генератор, протянул его Лии. Та сразу же нажала кнопку. Красный индикатор вспыхнул.
Она замерла на мгновение, глаза расширились.
— Голоса пропали, — прошептала она. — Я… даже не поняла, насколько глубоко они залезли… А что значит красный свет?
И тут Джека осенило. Он вспомнил что это означает. Его глаза прищурились.
— Красный... означает, что мы находимся в мощном псионическом поле.
Он быстро оглядел зал. Всё выглядело так же: каменные троны, бюрократический порядок, монолитные Вожди, голограммы, свет из купола... но теперь всё казалось подозрительным. Слишком синхронным. Слишком правильным. И именно это и было самым тревожным.
Джек глубоко вдохнул, нажал кнопку, и псионический генератор зашипел едва слышно, переходя в спящий режим. Красный индикатор погас.
И почти мгновенно тишина рухнула.
В его голове — будто в разом открывшейся пустоте — вспыхнули шёпоты. Они были вездесущими. Голоса, чужие и многоголосые, пронизывали его сознание, как иглы сквозь ткань. Они не кричали — наоборот, нашёптывали, словно змеями скользили по извилинам разума:
«Ты ошибаешься...»
«Они враги...»
«Сдайся... расслабься...»
«Ты — ничто...»
«Ты — один...»
Джек зажмурился. Стены зала поплыли, взгляд затуманился, словно что-то пыталось вытеснить его из собственного тела, занять его место, подменить его личность, пока он сам становился лишь наблюдателем из глубины собственного разума.
Он тряхнул головой, словно отгоняя наваждение, и с резким движением снова нажал кнопку. Псиогенератор загудел, красный свет вспыхнул вновь, и всё исчезло.
Голоса смолкли. Как будто кто-то в панике оторвал щупальца, разом убрался прочь из его сознания.
— Тали, — хрипло сказал Джек, активируя голосовую связь через визор. — Можешь подключиться к датчикам на моём комбинезоне? Мне кажется, здесь… псионическое поле. Очень сильное.
Несколько секунд молчания. Затем в наушнике зазвучал голос Талирии, мягкий и деловой:
— Конечно, Джек. Погоди… Сканирую.
Пауза. И затем — удивлённый голос:
— Ого… да тут не просто поле. Вы прямо в центре псионного вихря. Уровень возмущений зашкаливает. Оно влияет даже на обшивку твоего костюма — я получаю фоновое дрожание в структуре нейронного интерфейса. Ты, Лия и Таргус буквально как в псионическом котле.
— Можешь отследить источник? — Джек уже всматривался в зал, его глаза бегали по фигурам вождей, их телохранителей, членам кланов, расставленным вокруг.
