— Да… секундочку… — Талирия замолчала, но в эфире слышалось, как она лихорадочно перебирает каналы. — Вот. Нашла. Там не один источник. Их… три. И все — мощные. Высылаю координаты на твой планшет.
Планшет в руке Джека завибрировал. Он взглянул на экран, и схематичная карта зала — с отмеченными секторами — ожила.
Один источник — справа. Второй — слева. И третий… прямо за тронами Верховных Вождей.
Джек поднял взгляд. Перевёл его сперва направо — среди воинов Гронтар ничего не выделялось. Слева — то же самое. Но потом он перевёл глаза на третий источник, за спинами Вождей, на возвышении.
И тогда он его увидел.
На первый взгляд — просто один из телохранителей. Гронтар в черных доспехах. Стоял прямо за одним из Вождей, одной рукой опираясь на его массивное кресло. Поза была непринуждённой, даже уважительной. Он не двигался — как и положено стражу. Но что-то в нём было не так.
Глаза.
Из-под шлема, в тени его забрала, светились кроваво-красные зрачки. Живые, пылающие, как два рубина. Не отражение. Не механика. Жгучее, нечеловеческое свечение.
И в этот миг Джек узнал этот взгляд. Хищный, насмешливый, властный.
— Это он… — прошептал Джек, почти не веря своим глазам. — Вайрек.
Внутри у него всё сжалось. Словно тень древнего ужаса скользнула по спине. Вайрек… он был здесь. На Совете Гронтар.
— Лия, — прошептал он, не сводя глаз с фигуры в чёрных доспехах, — не поворачивайся. Но Вайрек… здесь. Прямо позади вождей. И он управляет… всем этим.
Её рука инстинктивно сжалась в кулак. Джек знал: сейчас начинается нечто большее, чем просто Совет. Это была шахматная партия — и Вайрек уже сделал первый ход.
Таргус наклонился к Джеку и толкнул его локтем в бок. Его голос был низким и напряжённым:
— Джек, мы следующие.
Джек кивнул, сжал кулаки, чувствуя, как сердце бьется чаще, будто предчувствуя бурю. Он посмотрел на Лию и Таргуса:
— Слушайте внимательно. Когда я начну говорить, вам нужно быть готовыми. Лия — твой источник справа, Таргус — твой слева. Кто бы это не был, их нужно остановить. Дождитесь сигнала. Я попытаюсь добраться до Вайрека.
Лия схватила его за руку:
— Он убьёт тебя.
— Возможно, — в глазах Джека вспыхнуло то самое пламя, которое она так боялась потерять. — Но если мы этого не остановим, он убьёт всех.
И в этот момент голос Совещательного Интеллекта, громкий и холодный, прокатился над залом:
— Запрос номер 820. Клан Моргар. Дело о вступлении Гронтар в войну против Вайрека Н'Санна.
Джек выпрямился и направился к пьедесталу. Гигантский зал, выполненный из чёрного обсидиана, с балконами, уставленными воинами и старейшинами, давил тяжестью древности и силы. На троне по центру возвышались Верховные Вожди. Над ними — купол, в котором мерцали проекции прошедших битв и славных побед.
Джек остановился в центре и поднял голову. Взгляд его был устремлён не на Вождей, а на того, кто прятался за ними. На фигуру в тени, с алыми глазами, сверкавшими под капюшоном. На Вайрека.
Он заговорил. Его голос, чистый и сильный, разнесся по залу:
— Вожди Гронтар. Воины клана. Мудрейшие старейшины. Моё имя — Джек Рэндэлл. Я человек, и я прибыл сюда не как проситель, но как союзник. Как друг. Я стою здесь от имени клана Моргар и всего человечества.
Пауза. Он смотрел прямо в глаза главному Вождю, за спиной которого нависал Вайрек, словно тень.
— Я пришёл не умолять. Я пришёл напомнить. Напомнить вам о долге. О чести. О клятве, что вы дали — стоять рядом с людьми в трудный час. Когда мрак окутывает звёзды.
В зале воцарилась напряжённая тишина.
— Вайрек Н’Санн воскресил древнее зло — Сверхразум. Он подчинил его своей воле, он уже уничтожил целую расу — Ска'тани больше нет. Их миры мертвы. Их корабли — пыль. А вы думаете, что сможете откупиться? Соглашением? Молчанием? Он сказал, что не тронет вас, если вы не вмешаетесь. Но с чего вы решили, что чудовище остановится, когда насытится кровью?
Главный Вождь поднялся тяжело, словно груз столетий лежал у него на плечах. Его массивная фигура отбрасывала длинную тень на мозаичный пол Зала Совета. Он медленно подошёл к краю возвышения и над залом повисла гнетущая тишина. Всё замерло.
Он посмотрел на Джека. Его глаза — обычно полные решимости и силы, которыми славятся гронтары, — теперь были затуманены. В них читалась боль... и страх.
Он тяжело вздохнул, как будто каждый вдох давался с усилием.
— Джек Рэндэлл... — начал он, и голос его звучал хрипло, надломлено, как треснувший камень. — Ты... смел. Ты говорил громко. И твои слова... они задели многих.
Он сделал паузу, опустив взгляд, словно ему было стыдно смотреть в глаза человеку.
— Но ты не понимаешь... — продолжил он. — Твой вождь, Таргус Крейн, слишком молод. Он не видел, что видел я. Он не хоронил своих воинов. Он не стоял перед матерями и вдовами, когда возвращался с войны. Он не слышал, как их плач сливается с ветром.
Он сжал кулак, и было видно, как побелели костяшки.
— Это не наша война, Джек. — Голос его стал тише, но твёрже. — Это не мы потеряли планеты. Это чужая боль.
