Вечером, как только солнце склонилось к горизонту, их пригласили в тронный зал. Но это уже был не тот зал, который Джек помнил. Всё изменилось. Потолок теперь был украшен массивными цепями с подвешенными ритуальными факелами, отбрасывавшими на стены пляшущие отблески. Между колоннами свисали тяжелые гобелены, вышитые вручную золотыми и алыми нитями, на которых изображались сцены древних боёв, легендарных дуэлей и ритуалов, подтверждающих право на власть.
Каждый гобелен символизировал появление нового претендента на трон вождя — и Джек понял, что теперь и он стал частью этой традиции.
По краям зала выстроились в два ряда гронтарские стражи в церемониальных доспехах — тёмно-синих с бронзовыми наплечниками в виде пасти гронтарского зверя. Их оружие — копья и массивные энерго-топоры — были повернуты лезвиями к полу, как знак уважения. Между ними, в идеально отлаженной тишине, Джек шагал к трону.
В воздухе тихо гудели дроны — чёрные как обсидиан, безмолвные и почти незаметные. Они снимали всё происходящее, передавая в прямом эфире на весь клан и, возможно, даже за пределы планеты.
Джек чувствовал на себе десятки взглядов. Это были не просто глаза воинов — это были взгляды судей. Но не холодные и враждебные, как прежде. Теперь в них читалось нечто другое.
Уважение. Признание. Даже лёгкая тень удивления.
Никто не говорил ни слова, но каждый гронтар склонял голову, когда он проходил мимо. Не из страха — из уважения к тому, кто прошёл Испытание и вернулся, вырванный из самой смерти.
Таргус шёл рядом с ним, в полной боевой броне с гербом своего клана на груди. Величественный и молчаливый, он только иногда бросал взгляд на друга. Джек знал: за этим молчанием скрываются чувства, которые гронтар никогда не выразит словами — только поступками. Эда и Тали они заметили в ложе рядом со старейшинами клана.
Когда они подошли к трону, ощущение торжественности стало почти осязаемым. Зал погрузился в напряжённую тишину, прерываемую лишь гулким эхом шагов. Варгас уже ждал. Он сидел на массивном троне из чёрного камня — словно вырванного из недр планеты. В его поверхности были врезаны древние руны, сверкающие золотом, а по краям — черепа древних зверей с вытянутыми клыками, смотревших в вечность. Это был не просто трон, а символ силы и прав древнего рода.
У ног Варгаса, на пурпурной ткани, лежали два боевых топора — тяжелые, украшенные клеймами кузнецов Моргара. Их лезвия отливали алым в свете факелов, будто только что вышли из огня.
Варгас неспешно поднялся с трона. Его движения были неторопливыми, но в них чувствовалась сила — древняя, тяжёлая, как сдвинувшаяся глыба скального массива. Массивный доспех с гравировками рода Моргар заскрипел под тяжестью мускулов, а каменный пол под его ногами едва слышно отозвался глухим эхом. В этот миг он словно вырос — возвысился не только телом, но и духом. Свет факелов отразился от рун на его наплечниках, осветив его лицо и подчёркивая резкие, словно высеченные из камня черты.
Когда он распрямился, от его фигуры легла длинная, тёмная тень, покрывшая Джека и Таргуса, как если бы сама история склонилась над ними.
— Джек Рэндэлл, — прогремел Варгас, и его голос разнёсся по тронному залу, как удары боевого горна в горах, — человек телом, но с душой гронтара. Ты прошёл испытание. Ты доказал, что готов отдать... и отдал свою жизнь за своего вождя.
Зал замер. Даже дроны с камерами, парящие в воздухе, будто замедлили ход. Ни один из гронтар не шевелился. Стражники стояли, как изваяния, а у многих из присутствующих в глазах сверкал отблеск восхищения — и страха.
— Испытание оказалось с подвохом, — с лёгкой, почти дерзкой усмешкой сказал Джек, сделав на шаг вперёд. Его голос звучал спокойно, но в нём слышалась сталь. — Ты ведь не собирался убивать меня.
Варгас прищурился, угол его губ чуть дрогнул.
— Конечно нет, — ответил он. — Мы же не варвары. — Его голос стал чуть мягче, но в нём звучала первородная мощь. — Это было не испытание силы... а испытание сердца. Мы проверяли не мускулы, а истину твоих слов. Риск был. Мы не могли вмешаться, если бы ты отступил. Но ты выбрал смерть... ради чести. И ты вернулся, потому что был достоин. Мы сделали всё, чтобы дать тебе этот шанс.
— Я благодарен тебе за это, — тихо, но уверенно сказал Джек и, склонив голову, отдал знак уважения, который гронтары тут же поняли и одобрили.
Варгас перевёл взгляд на Таргуса. Его глаза потемнели, будто небо перед бурей.
— Таргус Крейн, — произнёс он, и каждое слово было как удар молота по наковальне, — ты больше не изгнанник. У тебя есть свой клан. Свои воины. Свой путь. И ты осмелился бросить вызов мне — вождю клана Моргар.
Наступила пауза. Она была не просто тишиной — она была моментом, в который сама судьба, затаив дыхание, склонилась над ареной истории. Все взгляды — от старейшин на балконах до самых молодых воинов — устремились к ним. Камеры приблизились, передавая происходящее в прямом эфире на всю планету.
— Я принимаю твой вызов.
