Нет нужды говорить, что Жак страдал из-за этого невыносимо, будучи не в силах представить, что подобная суровость не имеет под собой достаточно веских оснований, и непрестанно терзался то любовью, то ревностью. Наконец он решил во что бы то ни стало выяснить, как обстоят дела в действительности, и прежде всего, дабы узнать, питает ли к нему девушка прежнюю приязнь, простоял однажды рядом с нею утреннюю мессу, после чего по кое-каким признакам понял, что она так же рада его видеть, как и он ее. Тогда, зная, что мать Франсуазы менее строга, нежели отец, Жак отважился несколько раз как бы ненароком встретить девушку с матерью по дороге в церковь и запросто, но учтиво заговорить с ними, впрочем, без особой для себя пользы, а исключительно с целью подготовить почву на будущее. Короче, когда прошел уже год после смерти отца, он решил снять траур и взяться за ум, дабы не посрамить своих предков. Жак рассказал о своих намерениях матери, и та одобрила их, желая, чтобы он удачно женился, поскольку, кроме него да дочери, вышедшей замуж за порядочного человека, других детей у нее не было. Как женщина весьма достойная, она принялась склонять сына на путь добродетели, приводя бесчисленные примеры того, как молодые люди сами добились преуспеяния на радость своему семейству. Оставалось лишь решить, где им сделать необходимые покупки, чтобы справить Жаку новое платье. И тут мать сказала:
– Я полагаю, Жак, что нам следует отправиться к куму Пьеру, – (так звали отца Франсуазы), – уж он-то нас не надует, ведь мы друзья с ним.
Жак втайне порадовался словам матери, однако виду не подал и ответил:
– Мы будем покупать там, где товар подешевле и получше. Но раз кум Пьер – знакомый покойного отца, я не премину зайти к нему в первую очередь.
На том и порешили. И вот однажды утром мать с сыном отправились к куму Пьеру, который встретил их крайне любезно, – сами знаете, купцы на это горазды. Он развернул перед ними множество штук сукна и шелков и предложил выбирать. Но мать с сыном никак не могли сойтись на чем-то определенном: Жак намеренно привередничал, потому что матери его подружки в лавке в тот час не оказалось. Так ничего и не купив, они пошли поискать нужную материю в других лавках. Однако Жак нигде не нашел такого замечательного товара, как у отца Франсуазы, к коему они в конце концов и вернулись. На сей раз в лавке была мать девушки, которая встретила их необычайно любезно. Пускаясь на всякие уловки, какие в большом ходу в подобных заведениях, она стояла на своей цене еще тверже мужа, так что Жак сказал ей:
– Слишком уж вы крутеньки, сударыня! Я понимаю, в чем тут дело: мы потеряли отца, и вы не желаете больше с нами знаться.
С этими словами он сделал вид, что заплакал, и стал утирать притворные слезы. А его почтенная матушка, приняв все это за чистую монету, добавила:
– После его смерти мы с вами вовсе не видимся, будто вы и знать нас не хотите. Вот как вы относитесь к несчастной вдове!
Тут, конечно, жена купца принялась любезничать и заявила, что теперь они будут видеться чаще, чем прежде. В это время в лавку вошло несколько других покупателей, и хозяин повел их в заднее помещение. А молодой человек, продолжая гнуть свою линию, сказал матери:
– Знаете, матушка, я не раз видел, как эта почтенная дама навещает разные святые места неподалеку от нашего дома, в особенности монастыри. Вот если бы она зашла как-нибудь к нам по пути на стаканчик вина – какая была бы для нас радость и честь!
Жена торговца, не усмотрев в том ничего дурного, сказала, что уже недели две намеревается выбраться в их края и, если ближайшее воскресенье выдастся погожим, она так и сделает и по дороге зайдет к ним. После этого Жак с матерью накупили сукна и шелка, поскольку молодой человек не хотел, чтобы из-за его скупости дело расстроилось.
