Гость демонстративно показал бутылочку воды, но клерк отрицательно покачал головой. Тогда Гера быстро отвинтил пробку, незаметно зажав между пальцами другой руки «таблетку памяти». Затем быстрым движением закинул ее в рот и медленно запил. Сделав вид, что не заметил поблизости урну, отдал бутылочку невозмутимому Клаусу, всем своим видом показывая, что готов к испытаниям.
Пока Гера был абсолютно уверен в себе. Все эти жесты были давно отработаны им до совершенства и проверены в многочисленных испытаниях на виду у десятка наблюдателей. Не выпуская из рук бутылку минералки, Клаус приказал жестом следовать за ним. Они пересекли зал наискосок и зашли в комнатку с охранником. Проследовали к другой двери, за которой была винтовая лестница. Спустились следом за охранником на этаж ниже. Гера с интересом поглядывал по сторонам. Нигде не было видно ни одной видеокамеры.
Войдя в следующую комнату, где стояли еще двое охранников, гость увидел большую картинку на стене, поясняющую, что нужно выложить все вещи из карманов в пластиковый лоток на столе у стены. Процедура осмотра чем-то напоминала аналогичную в аэропортах. Затем он зашел в кабинку с поворотной дверью, и его «просветили» как на рентгене.
— Ник, — Клаус доброжелательно улыбался дежурной гримаской. — Эта стеклянная дверь в комнату авторизации. Вы должны строго следовать вот этой инструкции.
Он взял из ячейки с буквой «Е» на длинной полке листок с английским текстом. Гость пробежал его глазами и демонстративно вернул. Не выражая никаких эмоций сотрудник банка спросил, понятно ли условие авторизации. Гера утвердительно кивнул. Тогда он перевернул инструкцию и показал на другой текст с обратной стороны.
Это была расписка в том, что клиент ознакомлен с условиями. Клаус показал на место, куда нужно приложить палец и отклеил уголок защитной ленточки. После оттиска ленточка легла на свое место, надежно сохранив отпечаток. Охранник спрятал расписку в стенной сейф и открыл своим ключом стеклянную дверь в небольшую комнату.
Когда Гера вошел внутрь, дверь за ним закрылась, и все остались снаружи. Внутри был только небольшой стол с ноутбуком и стул. Стены гладкие без видимых швов куда можно было бы спрятать камеру. Студент, как на экзамене, резко вздохнул и шагнул вперед. Согласно инструкции он нажал клавишу ввода. На экране появилось окошко длинной в размер экрана и шириной в несколько строк. Это был первый ключ.
Чтобы не ошибиться, Гера прикрыл глаза и повторил код, который помнил назубок. Таблетка уже подействовала, и он вспомнил все пиксели на экране своего ноутбука, когда вычислил код первого ключа, используя подсказки детской считалки из письма Анны Аркадьевны. Затем с минуту смотрел на клавиатуру ноутбука, проверяя, так ли расположены буквы на клавишах. Его опасение подтвердилось, раскладка была не английская, а бельгийская — верхний ряд начинался слева не привычными QWERTY, а как принято в Бельгии — ASERTY. Аккуратно введя код, он нажал клавишу ENTER.
На экране появилось второе окошко, аналогичное первому. Повторив подготовительное упражнение, Гера ввел второй код и, затаив дыхание нажал ENTER. Он готов был к чему угодно, но только не к тому, что произошло в следующую секунду. Ни истошный вой сирены или топот вооруженных охранников, заламывающих руки, ни защелкивающиеся на обе руки наручники или проваливающийся вниз вместе с ним стул, не произвели бы подобного шока.
На экране появилось третье окно…
В комнатке филиала Bernerland Bank за столом с ноутбуком сидел растерянный Гера. Его план доступа к ячейке провалился — предполагаемая двухходовая авторизация не сработала. Шагов было больше. Он даже не знал сколько.
Чтобы успокоиться, Гера прежде всего закрыл глаза. Нужно вычислить третий ключ. Возможно и четвертый есть. Для этого нужно понять логику человека, придумавшего эти ключи. «Внутренний диалог» был полностью отключен, все его внимание сосредоточилось на поставленной задаче. Нужно решать заново, забыв все предыдущие выводы.
Итак, Первый ключ получен от Екатерины Игнатьевой, Второй от князя Романова. Когда появились эти две ветви наследников? Только при оформлении аренды ячейки, иначе ее давно бы открыли или поменяли коды доступа. Этого не сделали, стало быть ключи так и не побывали у одного наследника. Значит, это и была задумка автора. Банк существовал до появления учебника арифметики Толстого, значит, временной диапазон аренды ячейки можно ограничить 1874-м годом. Почти полтора века! Странно, с тех пор эти две ветви наследников не пересекались, хотя до революции были рядом. Потом, возможно, передавали свои ключи от хранителя к наследнику, как бабка Серафима своему внуку.
