Маленький, но не глупый. В отличие от дружков, Фил прекрасно понял, что судьба впервые повернулась к нему лицом, и ухватился за открывающиеся возможности обеими руками. Он не участвовал в попытках побега, сотрудничал с преподавателями и надзирателями, а главное — учился. Учился с яростью, поскольку науки, даже в простейшем изложении, давались Саймону плохо, и с невероятным рвением. Ночами просиживал за учебниками, доводил себя до изнеможения, но усваивал знания, не зазубривал, а понимал то, что изложено в мудрых книгах. Поскольку уже в одиннадцать лет осознал, что карьерные перспективы тупых силачей ограничиваются фельдфебельскими нашивками, в то время как на лестнице образованного человека ступенек намного больше.
Саймон хотел подняться и ради этого был готов на всё.
Он не только учился: едва оказавшись в приюте, Фил записался в молодёжную роту батальона "Лекра" — карательный отряд, предназначенный для подавления мятежей, и с тех пор чередовал сидение за партой с поездками по провинции, где батальон железной рукой поддерживал власть Рубена. В шестнадцать лет Саймон закончил школу и получил в батальоне полевой офицерский патент. К этому времени о Безжалостном щенке уже пошли слухи, губернатор заинтересовался перспективным юношей, удостоил его аудиенцией, остался доволен увиденным и отправил на Галану, откуда Фил вернулся прекрасно обученным контрразведчиком.
Из Безжалостного щенка выросла Собака Лекрийского.
— Кто следующий? — осведомился Саймон, поднося к губам бокал с вином. Терпкое красное было единственным алкогольным напитком, которое Фил себе позволял. К пиву он относился с брезгливостью, а крепкое презирал, считая, что оно отнимает разум.
— Будулак против Мартина Лотера Кетера, — со спокойной, уважительной, "хозяйской" неторопливостью назвал имена бойцов Уру Клячик. — Копьё против алебарды.
— Та самая "вишенка", о которой ты говорил?
Фил задал вопрос небрежным тоном, чётко давая понять, что не особенно увлечён происходящим на арене и продолжает расспросы лишь из уважения к торговцу.
— Гвоздём сегодняшнего вечера будет бой Вежерона Исима против Клеща, — мягко напомнил Уру.
Гладиаторские бои были единственной слабостью Клячика, единственным зрелищем, которое его по-настоящему завораживало. Телосложением Уру никак не напоминал ни спортсмена, ни воина, жажду крови удовлетворял, лично избивая беззащитных должников или мошенников, и в глубине души завидовал бойцам, способным победить в настоящей схватке один на один. Поэтому, наверное, содержал лучшую на Менсале школу гладиаторов.
— Вежерон будет сражаться в полночь.
— То есть все интересное потом, — резюмировал Саймон. — А что представляет из себя Будулак с этим… ну, который на три слова?
В отличие от торговца, у Фила с удовлетворением жажды крови всё было в порядке, и популярное в Шпееве зрелище его не трогало. Ну, немного раздражало, поскольку Саймон понимал, какие комплексы владеют собравшимися вокруг арены зрителями. Однако Уру был важным деловым партнёром Рубена, вот и приходилось не только прятать истинные чувства, но и демонстрировать к происходящему интерес.
— Будулак и Мартин Лотер Кетер — претенденты на пояс Шпеева, — объяснил Клячик. — А вот Вежерон с Клещом будут биться за возможность через месяц сразиться с чемпионом Менсалы.
Гладиаторские бои устраивали не только в сферопорту, и потому на планете в самом деле значился действующий чемпион, добравшийся до титула в буквальном смысле по головам оппонентов.
— Боюсь даже представить, какие ставки разыграют в финальном бою, — усмехнулся одноглазый.
— Огромные, — подтвердил Клячик. — Но меня интересуют не деньги, а процесс.
— Вы — тот же полководец, — мастерски польстил торговцу Фил. — Только ваши армии состоят из одного человека, а сражения происходят в режиме дуэли. Но всё остальное — кровь и усилия — всё настоящее.
Несколько мгновений Уру придирчиво рассматривал собеседника, силясь понять, серьёзно тот говорит или под цветистыми фразами скрывается едкая издёвка, решил счесть выступление честным и важно кивнул:
— Я не рассматривал свое увлечение под этим углом зрения, но мне нравится ход ваших мыслей, Саймон.
— Благодарю, Уру.
Бокалы мужчин пришли в соприкосновение, и мелодичный перезвон мимолётно растаял в шумной и прокуренной атмосфере клуба "Небо" — лучшем бойцовском заведении Шпеева. Схватки здесь проходили регулярно, со вторника по воскресенье, каждые два часа с шести вечера до двух ночи. В пятницу и субботу — каждый час. И, разумеется, далеко не все бои велись до смерти, в этом случае на Менсале давным-давно закончились бы "спортсмены". Ну а самые сладкие "вишенки", как это принято в шоу-бизнесе, припасали на выходные, когда в "Небо" съезжались развлечься богатые жители сферопорта, и ставки на эти сражения действительно доходили до неба.
— А как относится к боям наш добрый друг с Галаны? — осведомился Фил.
— Почему вы спрашиваете?
— Он как раз пробирается к нам, и, судя по выражению лица, не очень счастлив.
