— Но войди в моё положение, Веня: великий инженер проводит для тебя эксперименты в укромном, пустынном уголке, в ничейных землях… — Рубен говорил проникновенно, почти искренне, и не знай Вениамин, что за змея перед ним, он мог бы поверить услышанному. — Камнегрядка бесполезна во всех отношениях, здесь можно делать что угодно, а потому вывод напрашивается сам собой: речь идёт об испытании оружия. Причём страшного оружия.
— Самое смешное, что это неправильный вывод, — вздохнул Мритский. — Но ты не поверишь, потому что не хочешь верить.
— Докажи, — предложил Лекрийский. — Я не хочу верить, но не хочу и воевать. Подтверди свои слова, и разойдёмся с миром.
Старик выдержал паузу, надеясь на ответ, не дождался и продолжил:
— Ты сказал, что ничего не боишься, и это так, но я — боюсь. Я боюсь, что у тебя появится супероружие, которым ты сотрёшь меня в порошок, и потому собрал эскадру и лично прилетел в этот медвежий угол. Я хочу, чтобы ты прогнал мой страх, Веня, хочу услышать и увидеть правду. Я стар, мне осталось мало, но своё время я хочу прожить так, как привык — губернатором, а не изгнанником, не твоим пленником.
Несколько секунд Вениамин размышлял, теребя рукой пряжку портупеи, после чего поднял глаза, упёрся взглядом в бесстрастность тёмных очков, и поинтересовался:
— Что будет, если я расскажу и покажу, чем мы с Холем занимаемся, и ты уверишься, что речь идёт не об оружии?
— Я уйду.
— Твоё слово не стоит даже воздуха, который ты сейчас сотряс, — с почти настоящей печалью усмехнулся Мритский.
— Обидно, что ты мне не доверяешь.
— Я думал, что сделал комплимент.
— Так и есть, — усмехнулся Лекрийский. — Но я действительно уйду, как сказал. Мне важно знать, что ты не получишь оружия против меня, что Лекрия в безопасности.
— Просишь поверить тебе?
— У тебя есть другое предложение?
— Дождёмся моей эскадры. — Вениамин хитро прищурился и мгновенно стал похож на ушлого базарного продавца, пытающегося впарить глупому недотёпе лежалый товар. — Как только доминаторы подойдут к Карузо, я поделюсь с тобой секретом Алоиза.
— Ты не поделишься.
— Обидно, что ты мне не доверяешь.
— Я думал, что сделал комплимент, — поддержал игру Рубен.
— Так и есть, — подтвердил Вениамин. — Но у меня, в отличие от тебя, есть основание сдержать слово.
На этот раз жеребца привлекла запряжённая в коляску кобылка. Некоторое время он косил на неё глазом, принюхивался, пару раз коротко всхрипнул и теперь сделал шаг… попытался сделать шаг, но губернатор вновь его удержал.
— Объясни, — потребовал Рубен.
— Если я выгоню тебя несолоно хлебавши, ты отправишься в Триберди и снова сколотишь против меня коалицию, — хмуро произнёс Мритский. — А мне сейчас война без надобности.
— В таком случае нужно принять моё предложение, — размеренно ответил старик. — Хорошее предложение, Веня, очень хорошее. Лучшее из тех, что мог выдвинуть человек, находящийся в выигрышном положении.
— Ты говоришь о себе? — изумился Мритский.
— Пять крейсеров, помнишь? — Лекрийский, не оглядываясь, ткнул большим пальцем за спину. — Три из них — доминаторы.
— Куда подевался шестой?
— Три из них — доминаторы. — Ехидный вопрос Лекрийский пропустил мимо ушей. — С тяжёлыми пушками и бомбами.
— Мне достаточно запереться в форте, чтобы от твоего выигрышного положения не осталось камня на камне.
— Это от Карузо не останется камня на камне, когда я начну бомбардировку. — Старческие губы растянулись в неприятной усмешке. — Я ещё в Лекровотске предположил, что ты откажешься от переговоров, и снарядил корабли двойным запасом алхимических боеприпасов для атаки крепостей. Карузо не устоит.
— Обсудим твоё предсказание, когда всё закончится.
Рубен продолжал держать на лице усмешку, однако знающие его люди без труда поняли бы, что старик разгневан и разочарован: он надеялся на другой результат.
— Значит, всё-таки оружие… — протянул он, всем видом показывая, что готов продолжить поиск компромисса.
— Советую уходить сейчас, Рубен, не дожидаясь эскадры… — Мритский продемонстрировал, что тоже умеет выдавать отвратительные усмешки. — Мои доминаторы быстрее твоих.
— Даю тебе время до шести вечера, Веня, — ответил старик. — Не примешь мои условия, я за два часа сровняю форт с землёй, высажу десант, добью выживших и улечу задолго до того, как явятся твои быстрые доминаторы.
— Значит, так и будет, — кивнул Мритский. — До встречи, Рубен.
— Если "Повелитель неба" приблизится к форту, мы начнём атаку, — очень жёстко произнёс Лекрийский. — Если твой рундер начнет подниматься, мы начнём атаку. Если твои бронетяги покинут Карузо, мы начнём атаку.
— А твои крейсеры должны остаться там, где стоят сейчас, — в тон ему ответил Вениамин.
— Иначе что? — поднял брови старик.
— Иначе я даже думать не стану о твоём предложении.
Намёк получился более чем прозрачным: Рубен понял, что ближайшие часы Мритский будет тщательно взвешивать его предложение, и усмехнулся:
— Я рад, что мы поняли друг друга, Веня. Выходи на связь в половине шестого, потому что без четверти крейсеры приступят к маневрам.
— Песок не загребаем! Идём не быстро, но не тормозим!
