— Я вас поняла, капитан, взрывайте трос на этом заходе. Всем приготовиться! — Кира вновь закусила губу, прикоснулась к висящему на груди медальону, собираясь обратиться к любимому, но неожиданно для себя сказала совсем другое: — Да хранит нас Добрый Маркус!
За что удостоилась внимательного взгляда подруги.
Паровинг достиг самой нижней точки и стал стремительно подниматься вправо.
— Минус восемнадцать градусов!
"Пора!"
Жакомо взорвал трос, но за секунду до этого сломался захват и паровинг ухнул вниз. К счастью, носом вперед. Но почти в пике.
— Двигатели на полную! — закричала Кира. — Дай тягу!
Четыре мощнейших мотора заработали, бешено раскручивая винты, но машина продолжала лететь к воде.
— Кира! — взвизгнула Сувар. — Кира!
— Не будем торопиться, — процедила рыжая, очень, очень осторожно потягивая штурвал на себя. — Иначе порвемся…
Слишком высокая скорость, плюс неудачный угол, ведь в первую очередь машину нужно выровнять, плюс стремительно приближающаяся поверхность озера… Хотя… это скорее минус.
— Кира!
Радист замер у входного люка, готовый в любой момент раскрыть его и прыгнуть. Что с механиком, не ясно, его не видно, потому что он на посту, не отходит от кузеля. Сувар бледна как смерть. Адигена тоже, но сохраняет спокойствие.
— Мы в пике! — зачем-то кричит Ачива.
— Следи за альтиметром!
И Сувар вдруг понимает, что усилия Киры дают результат, и паровинг начинает выходить из страшного пике.
— Сколько?!
— Восемьсот… семьсот пятьдесят…
Стрелка крутится так же бешено, как винты, но Кира спокойна, и Ачива потихоньку берет себя в руки.
— Семьсот… шестьсот пятьдесят…
Нос паровинга неспешно поднимается, теперь сидящие в летных креслах девушки видят не только синюю воду озера Даген, но и горы. Впереди. Жакомо отвел цеппель далеко от берега, однако во время маневров не следил за положением, и теперь перед выходящей из пике машиной замаячили прибрежные скалы. Очень высокие.
— Мы успеем? — сглотнув, спросила Сувар.
— Должны, — процедила Кира, резко и сильно забирая штурвал на себя и выжимая из двигателей все, что они способны дать. — Должны!
И они успели.
Паровинг прошел через самую нижнюю точку, едва чиркнув по озеру пузом, и тут же стал забирать вверх, одновременно закладывая вираж — чтобы уйти от столкновения со скалами. Радист снова кричал, но уже тише, поскольку верил в Киру, а Кира…
Кира смеялась.
Смеялась, чувствуя не только облегчение, но и радость от полного контроля за мощной и послушной машиной. Кира подняла паровинг на пятьсот метров и по широкому кругу облетела висящий над озером цеппель.
— Капитан, вы это видели?
— Видел, — негромко ответил Жакомо. — Хорошо, что я поседел до нашей встречи.
— Мы это сделали!
— Вы молодец, адира. Десять лет назад мессер Помпилио прыгнул с парашютом. Ту историю в Даген Туре пересказывают до сих пор, но вы, адира, затмили мессера.
— Благодарю, капитан. Мы еще полетаем.
— Как вам будет угодно, адира.
Кира развернула паровинг на запад и покосилась на изумленно молчащую подругу:
— Хочу показать тебе горы, Сувар, сверху они невероятно красивы.
— Твои горы?
— Да, — подтвердила Кира. — Весь Южнодагенский массив принадлежит Помпилио.
— Со всем содержимым? — зачем-то уточнила Ачива.
— Со всем содержимым, — подтвердила Кира.
— Тебе повезло выйти замуж за несметно богатого адигена, — шутливо продолжила брюнетка. — Но знает ли он, что ты напрочь сумасшедшая?
— Конечно.
— И как к этому относится?
— С пониманием.
Девушки рассмеялись.
Страх ушел, напряжение спало, адреналин почти рассеялся, и Сувар посмотрела в окно… просто посмотрела в окно, не оценивая расстояние до земли и не прикидывая, успеют ли они уйти в вираж, чтобы избежать гибели.
— Горы великолепны.
— Я не устаю ими любоваться.
— А еще — выход к озеру и плодородная долина.
— Совершенно верно, — подтвердила Кира, не понимая, куда клонит подруга. — В действительности четыре хребта и три долины, из которых эта — самая большая.
— Я читала, что Даген Тур всегда принадлежал короне: неофициальная резиденция, любимый уголок Кахлесов. Почему теперь он принадлежит твоему мужу? — неожиданно спросила Ачива.
Кира приподняла брови, показывая, насколько сильно удивлена вопросом.
— Это не мое дело? — догадалась брюнетка.
— В этом нет особенной тайны, — подумав, произнесла Кира, оставив последний вопрос подруги без ответа. — Много лет назад дар Антонио сделал моему супругу очень щедрый подарок. Исполнил невысказанное желание в попытке сделать брата счастливым.
— Антонио так сильно любит Помпилио?
— Когда-то давно мой супруг взял на себя кровь Антонио, сделал то, что будущему дару делать было нельзя ни в коем случае, — очень тихо ответила Кира. — Помпилио вызвал на поединок и убил третьего брата Кахлес — Маурицио.
