Вот и сейчас вожди худых, гражданин и гражданка Эквиа, стояли перед Тибулом, одетые в черные узкие брюки и рубашки. Гражданин Эквиа вырос из худенького мальчика в долговязого молодца с резкими повелительными жестами генерала. Гражданка Эквиа превратилась из славной девочки в изящную, гибкую молодую женщину. Золотые волосы брата еще не успели отрасти после короткой военной стрижки, сестра заплетала свои длинные ореховые локоны в косу, как у крестьянок. Оба они по моде худых оттеняли черным веки и скулы, и от этого серые глаза на бледных лицах казались огромными.
– Тибул, скажи лучше нам, чем ему, пока не поздно! Мы твои друзья, вместе мы спасем Революцию, иначе Просперо все погубит! – в последний раз попробовала Суок уговорить Тибула, но он только покачал головой.
– Завтра, друзья. Прошу, подождите до завтра.
– Посмотрим, – сказал гражданин Эквиа вместо «до свидания», а Суок только неловко улыбнулась Тибулу. Они повернулись и ушли. На Фабио в приемной ни один из них даже не взглянул, хотя он изо всех сил пытался попасться им на глаза.
«Ну и ладно», подумал мальчишка, и вошел в кабинет Тибула.
Тибула в кабинете не было.
– Хорошо, что ты пришел, гражданин Фабио, – прошелестел усталый голос откуда-то из темноты.
Фабио чихнул от неожиданности, развернулся и увидел Тибула. Председатель Бюро сидел верхом на резном стуле в дальнем углу кабинета, куда едва дотягивался свет из окна. Тибул положил подбородок на спинку стула и покачивался на задних ножках. Он был похож на раненую птицу, которую собаки загнали в камыши.
– У меня к тебе есть одна просьба.
– Я готов служить Республике, гражданин Тибул! Я сделаю все, что ты скажешь!
– Не спеши. Это может оказаться опасным. Ты можешь рассердить очень могущественных людей. Такие ни перед чем не остановятся. Скажи, ты не испугаешься?
Глаза Фабио засияли. Он угадал верно. Неподкупный выбрал его!
– Я не испугаюсь, честное слово! Если хочешь, я поклянусь именем Республики, хотя я несовершеннолетний и мне пока нельзя. – Фабио не удержался и спросил: – Гражданин Тибул, а это чтобы поймать новых врагов народа?
– Да, гражданин Фабио, это чтобы победить новых врагов.
Передние ножки стула мягко опустились на пол. Тибул оказался на ногах перед Фабио. Он положил руки на плечи Фабио, нагнулся и посмотрел ему в глаза.
– Это хорошо, что ты готов и не боишься. Тогда начнем, – сказал Тибул твердо. Он дернул себя за ухо, и в его руке оказалась черная загогулина, вроде большого рыболовного крючка.
– Иди в приемную. Посмотри, нет ли кого за дверью, и если нет, запри дверь на щеколду. Вот это положи в ящик стола секретаря и закрой ящик поплотней. – Тибул осторожно положил в ладонь Фабио странный крючок.
Фабио так и сделал. Он вернулся в кабинет и спросил:
– А что это за штука, гражданин Тибул?
– Это устройство доктора Гаспара. Оно действует как слуховой рожок, только гораздо лучше. Последнее время я что-то стал хуже слышать, и доктор сделал его для меня.
– А зачем его прятать в ящик?
– Да видишь ли, я не уверен, что гражданин Арнери не сделал так, чтобы слушать через свой рожок то, что слышу я. А как раз сейчас ему не нужно знать, что здесь будет. Да и никому другому тоже, кроме тебя, Фабио. Закрой дверь кабинета, задерни шторы и садись к столу.
Мы бы с удовольствием сейчас же рассказали о том, что случилось дальше в кабинете, но читатель сам видит, что Тибул это просто-напросто запретил. Можем уверить, что все разъяснится, тем более что неизвестными останутся каких-то двадцать пять минут.
Итак, через двадцать пять минут Тибул говорил Фабио:
– Нести в руках неудобно, да и заметно будет. Возьми в приемной портфель. Гражданин Арнери оставил его мне, вместе с пожеланиями одуматься и прислать его обратно во Дворец Правосудия уже со списками новых врагов. Пожалуй, мы с тобой найдем ему лучшее применение.
Фабио принес портфель и передал Тибулу, однако его мысли были заняты совсем другим:
– Гражданин Тибул, но если это так опасно, то пусть тебя возьмут под охрану! Наша секция Гавани, да что там, любая из секций Столицы будет рада отправить добровольцев, чтобы тебя охранять!
– А что будет дальше, Фабио? – покачал головой Тибул. – Сегодня добровольцы одной Секции будут охранять меня от граждан из других секций. Завтра окажется, что для блага народа нужно сделать что-то, что может не понравиться этим добровольцам, – значит, придется выставлять вторую охрану, уже против них. Да и городской дом – слишком доступное место, любой может перепрыгнуть с соседней крыши или выстрелить в окно. Знаешь, чем это кончится? Тем, что мне, избраннику и другу народа, придется набрать гвардию из иностранцев и уехать из Столицы в какой-нибудь замок с высокими стенами, чтобы править оттуда страной так, как я хочу, и чтобы народ мне не мешал. Знакомо, правда? Помнишь, кто так делал? Ну вот, держи. – С этими словами Тибул возвратил портфель Фабио.
Фабио взял портфель и опустил голову.
– А как же тогда быть?
Тибул положил руку ему на плечо.
