«
Сцена была довольно забавная. Разодетые в доспехи рыцари, их кони, нервно дергающие ногами, сам барон, хозяин этих мест и даже дракон с грифоном, выглядывающие из-под каменной арки — вся эта компания в полном молчании и оцепенении ждала, пока Кигус прочитает письмо. Ну а тот медленно шевелил губами, вглядываясь в замысловатые буквы. Ветер трепетал края письма, а его порывы завывали в дырявых крышах замка. Медленно плыли тучи по небу, заставляя тускнеть солнечный свет. Можно было бы уже переходить к описанию стай птиц улетавших за горизонт, да заходящего солнца, но тут Кигус все же дочитал письмо.
— Чего-то тут понаписано, фразы заумные…. Ничего не понять! — пробормотал он.
— Можно? — приблизился к нему барон, герой протянул письмо ему.
— Да что тут непонятного? — яростно зашептал дух приключений, — В беде принцесса! Помощь ей нужна! Самое время спасать королевство и быть героем!
— Ну, это я понял. Вроде бы, — фыркнул Кигус, — но что именно случилось и как мне её найти? Столько букв, а толку ноль!
— Должно быть, она писала в расстроенных чувствах, — заметил барон, — но да. Ей определенно нужна ваша помощь!
— Тьфу ты. Принцессы всегда так пишут, — воскликнул незримый голос, — это же женщины!
— А, кстати, вот! — Вольдемар протянул письмо герою, — Глядите. «P.S.» — значит постскриптум. — И увидев непонимающий взгляд, спешно уточнил, — в дополнение к письму. Ну, то есть, самое важное. «Гонец, что доставит вам письмо, мой самый близкий слуга. Доверьтесь ему — он знает что делает. А я верю ему, как самой себе!».
— Это ему что ли? — возмутился дух. Гонец в это время задумчиво ковырялся в носу, украшенном уродливым шрамом.
— Ну, может он в душе хороший, — буркнул Кигус и окликнул рыцаря, — Значит, вы проводите меня к принцессе?
— Ага, — отозвался тот, — Да как геракльва!
— Мне нужно собраться, — немного помрачнев, заметил герой.
— Лады, — рыцарь радостно, оглядел спутников, — Подъезжай к лагерю у сосен. А то мне, да моим ребятам, здесь не по себе, — он покосился на голову дракона, что выглядывал из-за арки, — оттуда и отправимся в столицу!
Вдруг лица его спутников стали мертвенно бледными, а в глазах застыл ужас. Двое из них едва не бросились наутек. Герой обернулся. Над крепостной стеной парила белая простыня. Её края, словно крылья мельницы в ураганную погоду, бешено вращались. Словно заметив внимание, прикованное к ней, простыня начала издавать жуткий металлический звон, будто бы две сковороды бьют друг о дружку.
— Не смеем вас больше задерживать, — торопливо воскликнул барон, — думаю, вы только будете рады отправиться в обратный путь!
— Ага, — не отрывая глаз от простыни, промолвил главарь рыцарей. И пустив лошадей в галоп, они отправились прочь.
— Какой ужас, — покачал головой Вольдемар, — Ужас и позор! Нынче в рыцарей набирают одно отребье. Ни культуры, ни красоты. А что за манеры!?
— Позвольте заметить, что я и сам из отребья, — улыбнулся Кигус.
— Ну, уж нет! — возразил ему хозяин замка, — да по сравнению с этими проходимцами, вы просто самый настоящий аристократ!
