Но обидно было! К тому же такой человек, как майор Калинин, сто процентов не справится с обязанностями. Он ненавидит писать отчеты, а это необходимо. Он не любит стоять по стойке смирно в больших кабинетах, а придется. И докладывать о своих перемещениях придется тоже. А он этого терпеть не мог. И к тому же он переспал с ней, вот! Воспользовался ее опьянением и затащил в койку. И что бы он там ни утверждал, что все было по обоюдному согласию, она ему не верила!
Поступило очередное сообщение от Калинина. Она с утра не отвечала на его телефонные звонки, так он принялся писать ей.
«Я не подсиживал тебя, Вика! – написал Калинин. – Для меня это назначение такая же неожиданность, как и для тебя! И я тебе не начальник, а друг, прежде всего, и коллега».
– Друг, тоже мне, нашелся! – прошипела она зло и удалила сообщение.
Она на сегодня взяла отгул, хотя Калинин и не позволял.
– Я устала, – коротко вчера ответила она ему на вопрос: с чего вдруг. – И я буду искать Степку.
– Его уже ищут, – ответил Сергей.
– Ты зарядил людей? – передразнила она его. – Какой деловитый у меня начальник! Я в отгуле завтра. Точка!
– Я планировал вместе с тобой съездить на авторынок. Поговорить с человеком. Возможно, у него уже есть информация.
– Поезжай к своему человеку, а я…
Она собиралась сегодня навестить Ульянову Марину. И даже уже созвонилась с ней. Та ответила, что примет ее. Но говорить будет кратко и недолго.
– У меня нет сил пережить все это. Тем более говорить об этом…
Так она ответила Вике вчера вечером по телефону. Но посвящать Калинина в свои планы Вика не стала.
– А я буду спать, товарищ начальник. Устала!
Дома одной ей было скверно. Даже тарелки мыть в одиночестве не хотелось. И, загрузив посудомоечную машину, Вика пошла собираться. Погода с утра обещала погожий теплый день. И она выбрала джинсовый костюм и тонкий джемпер с капюшоном. По привычке перед выходом из дома набрала номер телефона Степки. Снова услышала про абонента, который не в сети. Через десять минут уже выезжала с парковки…
До загородного дома Сани Ульянова она доехала за час. На телефон продолжали поступать сообщения от Калинина. Но по содержанию – все то же нытье. И она решила их даже не читать.
Возле дома Ульянова была выставлена охрана. Отечественная «классика» с тонированными стеклами преграждала путь каждому, кто решил бы войти за ворота. Вика поставила машину в стороне, вышла на улицу и двинулась к воротам. Тут же из машины выбрались двое. С одинаковыми хмурыми лицами, бритые наголо крепкие парни в черных футболках и черных спортивных штанах шагнули ей наперерез. Руки держали под мышками. Оружия при них не было.
– Стопэ, дамочка, – предупреждающе шагнул еще ближе один их них. – Это частная закрытая территория.
– Мне назначено.
Она показала удостоверение, но впечатления не произвела.
– И что ты ксивой машешь? Ордер есть?
– Ордера на беседу не выдают, умник, – усмехнулась Вика и полезла за телефоном.
Марина ответила сразу и попросила передать телефон одному из охранников. Тот слушал внимательно.
– Понял, Марина Александровна, – проговорил он с уважением. Вернул телефон Вике. – Проходите, товарищ майор…
Марина сидела в деревянном кресле под большим шатром в глубине сада, который Вика рассмотрела в прошлый раз сквозь стеклянные двери. В черном платье и плотных черных колготках она показалась Вике очень маленькой. Волосы были зачесаны в тугой пучок и перевязаны черной шелковой лентой. Глаза заплаканы, лицо опухшее.
– Марина, здравствуйте.
Вика повертела головой в поисках стула. Его не было. В метре от Марины стояло еще одно кресло, такое же как то, в котором она сидела, по виду очень тяжелое. Но Вика рискнула, подтащила его поближе к девушке. Отдышавшись, села.
– Примите мои соболезнования, – неуверенно начала Вика.
– Оставьте, майор. – Уголок рта Марины пополз вниз. – Одним преступным элементом меньше. Это мне он отец. Вам он никто. Уголовник! Вы просили о встрече. У вас что-то важное? Спрашивайте и уходите.
Она была такой бледной, что даже синяки на щеке, оставленные Валерием Апрелевым, померкли.
– Марина, нашим экспертом уже установлено, что ваш отец и ваш жених предположительно были убиты одним и тем же человеком.
Она согласно кивнула.
– Почерк, характер нанесенных повреждений – все указывает на это, – пояснила Вика. – И у меня к вам один-единственный вопрос: кто это мог быть?
– Я не знаю, – отреагировала она вяло.
– Вы не можете не знать общего врага вашего жениха и вашего отца. Вы должны были что-то слышать, замечать в их разговорах.
– Не слышала, не замечала. Я жила своей жизнью, они своей. У меня был свой мир. Теперь… – Голос ее задребезжал. – Теперь мой мир разрушен. Я не вернусь в школу.
– Почему? – изумилась Вика.
– Потому что я должна управлять бизнесом своего отца. Так мне сказали.
– Что еще за бизнес? – нахмурилась Вика. – Вы решили возглавить ОПГ?
